Стихи про С-Петербург: Музеи и памятные места

Стихи про С-Петербург: Музеи и памятные места

70 стихов про памятные Пушкинские места, Эрмитаж, Зимний дворец, Русский музей и другие музеи Петербурга.

  • «Государственный Эрмитаж» — музей изобразительного и декоративно-прикладного искусства, расположенный в городе Санкт-Петербурге Российской Федерации. Основан 7 декабря 1764 года. Является одним из крупнейших художественных музеев в мире.

74. Афродита Таврическая

Валерий Штормовой

Этюд на статую в Эрмитаже

Каждый раз, бродя по Эрмитажу,
В зал скульптуры римской я спешил.
Первым делом неизменно сразу
Я к тебе с поклоном подходил.

Для меня была ты не скульптура,
Не простой музейный экспонат,
Волновала чувства так, как буря
Сотрясает мачтовый канат.

Я к твоим ногам хотел склониться,
На колени встать перед тобой,
Твоему могуществу молиться,
Как богине, искренней душой.

Словно ты из древности далекой
В эрмитажный зал сюда вошла
И всю силу, бывшую в те сроки,
Вновь в себе, как прежде, обрела;

Снова стала прежнею богиней,
Воплощеньем дивной красоты,
Полная величия и силы,
Светлая владычица Любви.

И, как в храме, я под сводом зала
Пред тобой молился вновь и вновь,
И мою мольбу ты услыхала,
Мне послав и счастье, и любовь!

73. Вокруг Эрмитажа

Вера Авдеева

Ноги вытру о площадь Дворцовую
И войду в Эрмитаж.
Миновав билетёршу пунцовую,
Окунусь в этот дивный коллаж.
По паркету, сквозь взгляды застывшие,
Мимо ликов, что мне не чета,
(как не пара живому все бывшие),
Я пройду, не поняв ни черта!
Снова выйду на площадь Дворцовую,
Где булыжник дождями умыт.
И почти что лечу, пританцовывая,
За фортуной, что рядом летит.

72. Эрмитаж

Виктория Рощина

Отдохновеньем от трудов,
задуман этот дом,
И для царей был вернисаж,
И место встреч вдвоем.
Теперь по царскому дворцу
подошвы шелестят,
Сберечь паркетные полы
Хранители хотят.
Пусть смотрит наш техничный век
На блеск иных времен,
Где жил такой же Человек,
Был также в Жизнь влюблен.

71. Эрмитажное

Екатерина Святицкая

Желтые стены. Зеленые плети.
Красного гравия мелкая крошка.
Статуи — как шаловливые дети —
Раз! — и застыли на узких дорожках.

Окон-дверей высоченные створки
Кто-то открыл, запуская прохладу
Летнего вечера. Запахом горьким
Срезанных стеблей чуть веет из сада…

А за спиной золоченая клетка,
Где за стеклом величаво мерцают
Дивные птицы на бронзовых ветках…
И за окном — корабли проплывают…

Шпиля стилет… Золотая рапира
Крепости, что салютует державе,
Urbi et orbi — граду и миру,
Ветру и волнам в гранитной оправе…

70. Я в Эрмитаж влюбилась сразу

Елена Аткина

Я в Эрмитаж влюбилась сразу,
Зеленых стен спокойный тон
И белизна приятна глазу,
Высоких праздничных колон.

Когда же сумрак ночи темной
Накроет город на Неве,
Огни взметнуться неуемно
И, возвестят о волшебстве.

И среди темного безмолвья,
От света теплых фонарей,
Дворца зеленое раздолье
Пленяет ярче и сильней.

Течет Нева, гранит целуя
И разведенные мосты
Смотря на эти поцелуи,
Мигают ярко с высоты.

На Триумфальной арке кони,
Победу русскую храня,
На петербургском небосклоне
Вдруг, посмотрели на меня.

Дворцовой площади величье
Александрийский столб хранит,
А скоро Медный всадник, лично,
Под утро площадь посетит.

Он пронесется у соборов,
По Невскому проскачет вдаль,
Пройдет по темным коридорам,
На трон присядет, как и встарь.

Санкт-Петербург его творенье
И, лишь затеплится заря,
Исчезнет в воздухе виденье,
А всадник сядет на коня.

Застынет молча над гранитом,
Замрет покорно верный конь,
Повиснут в воздухе копыта,
А Петр выпрямит ладонь.

Пускай на небе туч громада
И мелкий дождик моросит,
Я замираю пред оградой,
Что позолотою блестит.

За ней державная царица
Екатерины гордый лик,
Ну, как, скажите, не гордиться,
Что жизнь дарует этот миг.

Ну, как же мне не восхищаться
Собором Спаса на крови,
И как, скажите, не признаться
И не опешить от любви.

Собор Иисаакивский огромен,
Я как песчинка в нем стою
И пусть стучат раскаты грома,
Я ввысь идти не устаю.

Иду по каменным ступеням
Туда, где бродят облака
И, замираю в восхищенье,
Увидя город свысока.

На Мойку, к Пушкину конечно
И оживает все кругом:
Момент дуэли скоротечен,
Вот палец замер над курком…

Лежит на кожаном диване,
А рядом плачет Натали…
И вновь звучат слова над нами
О нежной, трепетной любви.

На белой маске смерть застыла,
Но только через толщу лет,
Мы вновь увидели что было
Когда еще был жив поэт.

К Юсуповым поедем в гости,
А вот и подан экипаж
Пожалуй, не хватает трости.
Действительность или мираж?

Какая лестница пред нами,
Какие люстры, потолок…
Здесь поколения князьями
Продуман каждый уголок.

На Петергофские фонтаны
Я наглядятся, не могу.
Зачем смотреть другие страны
Там, на далеком берегу?

Сначала в город над Невою
Езжай и посмотри сполна
Все, что откроет пред тобою
Санкт-Петербурга старина.

Дворцов величие и парки
И несравненный Эрмитаж,
Мостов извилистые арки
И Петропавловский пейзаж.

69. В Эрмитаже

Елена Грислис

По лестнице Растрелли бегу, не спотыкаясь.
И мраморные дети шлют сверху, не стесняясь,
Приветы и посланья из глубины столетий,
Тем самым приглашая в мир снов и междометий.

По ласковым ступеням я поднимаюсь ввысь…
Парадной амфиладой покои там сошлись.
Картинные собрания — эпохами глядят.
Российская Фелица поставила их в ряд!

Петровский зал встречает причастницу времен,
Как раньше прославляя царя могучий трон.
Шедеврами увенчан весь Эрмитаж большой,
И с городом повенчан бессмертной Красотой.

68. Эрмитажу — 250!

Зинаида Торопчина

Эрмитаж — франц., «место, уголок уединения».

Дворец величественный Зимний
В российской «Северной Пальмире»* —
Теперь Музей, известный в мире
Богатством, красотою дивной.

Уже — два века с половиной! —
Немалый для музея стаж.
Но не стареет Эрмитаж,
Задуманный Екатериной.

Построен был ансамбль единый,
Роскошен вид его и строг.
«Уединённый уголок»
Был для коллекции картинной.

Достоин славы, удивленья
Музей огромный — Эрмитаж!
Он красоты, сокровищ страж —
Тот «уголок уединенья».

Народом чтимый и хранимый,
Известный на планете всей,
Пусть процветает наш Музей —
Жемчужина, шедевр старинный!

67. И снова я в Эрмитаже

Ирина Ершова

И снова я в Эрмитаже.
Все те же бабули на страже.
Мы с ними давно знакомы,
Я чувствую себя здесь как дома.
Пройду по великим залам,
Я с юности их познала.
Залы нового,залы старого
Эрмитажа,а также малого…
На площадь Дворцовую в окна
Здесь можно смотреть одиноко.
У каждого есть работа.
Приезжие делают фото,
Дети учатся здесь искусству,
Кто-то просто уповает на чувства.
Вот, послушаю экскурсовода-
Собралось здесь много народа.
Знамениты часы павлина-
Интереснейшая картина!
На Неву посмотрю в окошко,
Отдохну от ходьбы немножко.
Три часа пролетают мгновенно.
Для меня это время бесценно.
Какое счастье здесь уединиться,
В различные эпохи погрузиться.
Это музей,а вовсе не мираж.
Люблю тебя,наш ЭРМИТАЖ!

66. В греческом зале

Йегрес Вокашу

«В греческом зале, ах, в греческом зале…»
Сонный покой навевает прохлада —
Бродит Морфей, как всегда без сандалий,
По городам бутафорской Эллады.

Мифы с легендами древнего мира…
Рупором амфор доносится эхо.
Плачет надрывно гомерова лира —
Толща времён для неё не помеха.

Крашеный гипс бронзовеет восходом…
Где ты богиня любви — Афродита?
Я потерял тебя. С прошлого года
Слух прокатился, что будто убита.

Только не верю я в это, не верю…
Мы бы убить, ни за что не посмели.
Нет, не убийство, а только потеря —
Было темно, завывали метели…

65. Зимний Жемчужина Питера

Лариса Татаурова

Есть в Петербурге — Зодчества Венец,
Сияет бирюзой в лазурно-синем небе,
Как Символ города Невы-Зимний Дворец,
Величественнее я не видел, где бы не был!

Стройны колонны в ярко — жёлтой позолоте,
Растрелли Гению мы говорим большой Респект!
Он над Невой парит как Альбатрос в полёте,
Бриллиантом украшает Площадь и Проспект!

Величие Дворца не только видим внешнее,
Ведь Зимний-храм шедевров живописи и культуры!
Хранит страницы Октября, истории мятежной,
Восстания в России пролетарской Диктатуры!

Пять раз отстраивали, реставрировали тот Дворец,
Он мысли многих архитекторов тревожил —
Растрелли,Монферран,Кваренги,Стасов и Брюллов,
К нему свой Гений и старания приложили тоже!

Пройду по Залам, Галереям Зимнего торжественным,
Малиновым и малахитовым, и синим Кабинетам,
С восторгом к красоте Дворца Божественной,
Там получу я вдохновение к своим Сонетам!

Величия России и Самодержавия Символ,
Затмил Дворцы все мира чудной красотой,
Гордимся мы Шедеврами архитектурной мысли,
Он Чудо Света,что сияет золотом и бирюзой!

64. Эрмитаж Санкт-Петербурга

Лидия Олейникова

Брожу одна в волшебной части света.
Молюсь о том, чтоб вновь сюда прийти.
В пурпурный бархат дамы разодеты,
Узнать нетрудно каждой — прототип.

Екатерина с мушкой на щеке,
И Петр царь, с его орлиным взглядом.
Дух вечности парит невдалеке,
и бродит вслед за мной по анфиладам.

Влекут кариатиды Эрмитажа,
старинной утонченной красотой.
Эстет искусства, взоры будоража,
музей чарует лепкой золотой.

Архитектура с элементом разных стилей:
античного, барокко, ренессанса.
Мне чудятся французские кадрили
в Концертном зале, танцы, реверансы.

Альбомы балов с сотней фото-типий,
и два десятка гелио-гравюр,
я вижу в Зимнем, с множеством реликвий.
И царскую одежду от кутюр.

Дизайн воздушный, легкий в Белом зале.
Как «от Брюллова» — свадебное платье.
Отделка филигранная деталей
роскошна… до мурашек на запястьях.

63. Эрмитаж

Людмила Галкина

Музей искусств — прекрасный Эрмитаж!
Хранит в себе шедевры многих поколений.
Идёт сюда народ культурный наш
Увидеть то, что не дано предать забвенью.

Из зала в зал мы переходим не спеша,
Хотим побыть немного снова с прошлым.
Здесь на картины смотрим чуть дыша,
Они все в состоянии хорошем!

Вот Рембрандт написал свою » Данаю»,
Самозабвенно Микеланджело творил,
Ван Гога и Моне все также знают,
Да Винчи мир»Мадонной» удивил.

Всех живописцев перечислить невозможно,
Здесь каждый, да по- своему хорош.
Холсты рассматривать часами можно,
Рисунок ни один с другим не схож.

В музее собраны культуры всех времён,
Сверкает царское убранство и посуда.
Так много экспонатов видим в нём,
Они дошли до наших дней- как чудо!

Мы видим яйца ювелира Фаберже-
Подарок лично царственным особам.
На них любуются все много лет уже,
Шедевры стали достоянием народа.

Вот в саркофаге чья-то мумия лежит,
Висит коллекция оружия в витрине;
Мы видим камни: и янтарь и малахит,
Нам любопытно, интересно всё поныне.

Скульптуры смотрят молча свысока;
Сияет бронза, серебро и позолота.
Огромных залов тишина так глубока!
Мы расстаёмся с ними неохотно.

Дворца пропитан воздух стариной,
В нём дух веков, величье, благолепье.
И Эрмитаж своею дивной красотой
Нас будет восхищать ещё столетья!

62. Эрмитажу

Людмила Фершукова

С добрым утром, Эрмитаж.
Как я рада нашей встрече!
Ты все также мудр и вечен,
Мировых шедевров страж!

На свидание к Неве
Я нечасто выбираюсь,
Виновата, в этом каюсь,
Всей душой стремлюсь к тебе.

Спрятав робость в уголок,
Припаду к ногам атлантов,
Пред величием талантов
И искусством мастеров.

И с улыбкой благодарной
Обращая взгляд к богам,
Поднимаюсь, словно в храм
Я по лестнице парадной.

Мимо статуй, мимо ваз
В Тронный зал Екатерины,
И любимые картины
Восхищенный ищет глаз.

Галерея, длинный ряд,
Лес, охота, кавалеры,
Потускневшие шпалеры
Мой приковывают взгляд.

До свиданья, суета!
«В голубом» киваю даме,
И неслышными шагами
В душу входит красота.

61. Атлантам Эрмитажа

Михаил Петров

Не знаю духом как? Телами да, гиганты,
У Эрмитажа балкон держат Атланты,
Работорговлю хотя и отменили,
Потребность есть всегда,
в бесплатной нам раб.силе.

С каких аулов или гор,
им пришлось спуститься?
В своих оазисах мяском не разживиться,
И в кабале надолго простофили,
Ума раз нет, что толку в грубой силе ?

Замшели бы видать от отупенья,
Ну лохи, первое моё тут впечатление,
До ванны вряд ли их хозяин допускает,
Закаменели уж, их тряпкой протирает.

Молодожёны хватают их за пятки,
Да уж с невестами им поиграть бы в прятки,
Из их плюгавых женихов,
ну кто с ними сравниться?
С самцами этими б на ночь уединиться.

А гастарбайтерам ну где у нас везёт ?
Да, демократия до ручки доведёт,
А бедным, дуракам, всегда проблемы,
Хоть ноги с камня, гляди как вздулись вены.

И толку, что высок и что здоров,
Особенно раз нету паспортов,
Но помогает вроде как миграция,
Где хочет спину гнуть титульная нация ?

Ну, что с них взять,
кроме набёдренной повязки ?
Да, думали, им жизнь будет как в сказке,
Кто в дворниках, на стройки кто попал,
А эти за типаж на пьедестал.

Отполированы их ноги лучше спин,
Работа эта всё ж не для мужчин,
А с мужика медведя, что же взять ?
Балконы, балки, носить, вбивать, держать.

На месте их, кому б не оказаться ?
Любителям делить и разделяться,
Всех право на мед.помощь, тож милиции,
Но по карману быть должны амбиции.

Эрмитаж

60. Эрмитаж

Н. Глазков

Во дворце, где у царских семей
Зимнее было становище,
Теперь Эрмитаж — так зовется музей,
В котором хранятся сокровища.
Чтоб обойти эти груды добра,
Не хватит, пожалуй, и месяца.
Посуда из чистого серебра,
Хрустальные люстры светятся,
Картины предыдущих веков,
Гобелены и статуи,
Знамена, отбитые у врагов,
Звездные, полосатые…
Из малахита и лазурита
Вазы, колонны, столики —
Всё это доступно, всё это открыто
И школьнику и историку!..

59. Екатерина II

Надежда Радченко

Императрицею Екатериной
Для Петербурга сделано немало:
Скульптуру и бесценные картины
Она для Эрмитажа собирала,
Прекрасное для них воздвигла здание —
Для пользы всех,
Потомкам в назидание!

58. Павлин в павильонном зале

Надежда Радченко

Как-то в эрмитажном
Павильонном зале
Нам с сестрой
Часы с павлином показали —
Очень интересный
Механизм старинный,
И с тех пор зовём мы
Этот зал:
«Павлинный».

57. Рыцарский зал

Надежда Радченко

Есть в Эрмитаже
Рыцарский зал.
Век бы оттуда не вылезал!

Эти доспехи пленили меня.
Вот бы надеть их,
Сесть на коня.

Кто бы меня во дворе обижал,
Если имел бы я меч и кинжал?

Смело скакал бы я,
Сталью звеня…
Все бы девчонки влюбились в меня.

56. Кошки Эрмитажа

Надежда Радченко

Мыши и крысы грызут всё подряд,
Даже шедевры они не щадят.
Кто же поможет нам? Кошки с котами.
Первого Пётр приобрёл в Амстердаме.

Рос Петербург, и при этом росло
Быстрыми темпами кошек число.
Часть этих кошек живёт в Эрмитаже,
Войско кошачье всё время на страже.

Кошки стараются, и грызуны
Нашей культуре теперь не страшны!

55. Эрмитажные коты (эрмики)

Надежда Радченко

Эрмитажные коты —
Работящие коты,
Мышеловы и плуты.
Им «Спасибо!» скажем.
Каждый дивной красоты.
И всегда на страже!

54. Эрмитажные эрмиты

Надежда Радченко

В Эрмитаж наверняка водили вас.
А видали вы там эрмитов хоть раз —
Симпатичных эрмитажных домовых,
Хлопотливых озорных мастеровых?

Там они давно хозяйничают, но
Видеть эрмитов не каждому дано.
Потому что эрмитажных домовых
Видеть может только тот, кто верит в них!

53. Галерея героев 1812 года

Наталья Смирнова

Так уж установлено природой,
(А над ней не властен человек),
Что Война Двенадцатого года-
Это , вобщем, позапрошлый век.

А меня все тянет в «Галерею»
Побродить, подумать, не спеша.
Словно здесь я становлюсь мудрее,
Просто этим воздухом дыша.

В Эрмитаже много разных залов,
Но лишь здесь невидимая нить
Туго по ногам меня связала,
Не давая дальше уходить.

Я стою, смотрю на эти лица,
По глазам пытаясь их понять.
Только тишина вокруг струится,
Отголоском прошлого звеня,

Прерываясь предков голосами,
Словно укоряющими нас:
«Мы Россию столько раз спасали,..
Ну а вы…,а что же вы сейчас…?»

52. Наш Эрмитаж не хуже Лувра

Ник Мамаев

Наш Эрмитаж не хуже Лувра —
Богатство, роскошь, красота.
Искусство Фландрии и Дувра,
Коллекций древних чистота.

Есть залы — яшмою отделаны
И бриллиантов антураж.
Здесь русские рукою смелою
Умело Вас вгоняют в раж.

Величие импрессионизма.
Хорош Рембрандт и Фальконе.
Гордишься, что твоя отчизна
С великим миров наравне.

Идёшь в историю шагами —
По силам видеть жизни путь.
Касаешься души веками –
Испытываешь мысли суть.

Через окно внимаешь небо
И непорочную Неву…
Есть ощущение, здесь ты не был,
Не видел сказки наяву.

Поверил, зов души народа
Тебя коснулся неспроста.
Ты осознал свои невзгоды.
Тебе открылась Красота.

И, оставляя эрмитажный
Богемный, нежный, тонкий мир,
Ты строишь дом многоэтажный,
Где дух искусства твой кумир.

Где всё в Гармонии с Природой,
С твоею собственной судьбой,
С твоей страной, немного гордой,
С твоей планетою живой.

Ты понимаешь — дух столетий
В себе неплохо ощутить…
Ведь жизнь всегда полна соцветий —
Нет основания тужить.

Влюбляйся в жизнь, что окружает
Тебя с завидной простотой
И сердце, душу наполняет
Не эрмитажной Красотой.

51. Трон

Олег Воротынский

В марте 2011 года я приехал с бывшую столицу Российской империи, г. Санкт-Петербург, где посетил Эрмитаж. Экскурсии по залам дворца, величие парадной лестницы, золотая кладовая — произвели неизгладимое впечатление. Но самое большое впечатление произвёл на меня — трон Российской Империи.

Я, Трон империи Российской!
Я, символ власти и борьбы.
Над всей державой евразийской,
Стою, как храм, среди толпы.

Людские страсти и волненья,
Простерлись ниц у ног моих,
Так упоительны мгновенья,
С престолом рядом быть для них.

Коснуться взором кресла власти,
Озноб почувствовать в груди.
И осознать всю меру страсти,
Сидеть на троне над людьми.

50. В Эрмитаже

Ольга Савченко

Прославленный в веках, великолепный,
Являющий бесценный антураж,
На площади поистине волшебной
Расположился дивный Эрмитаж.
Он сам произведение искусства,
Растрелли Зимний выстроил дворец,
Рождает удивительные чувства
Музейный комплекс, грации венец.
Барокко-стиль украсил все фасады,
Белы колонны, статуи стройны,
Летящий, легковесный, глаз отрада,
И залы его роскоши полны.
Евразии и Англии творенья,
Испания, Голландия и Рим,
И мастерство эпохи Возрожденья,
Народов разных стиль неповторим.
Романовых портреты бесподобны,
И обстановка царская палат,
Расписаны и золочёны своды,
И на Неву выходит окон ряд.
А из других на площадь вид прекрасный,
Не зря Дворцовой названа она,
Увидеть днём одним всё труд напрасный,
И каждая секунда там ценна.

49. Зимний дворец

Сергей Мельников

Как ты прекрасен и велик
В торжественном своём наряде.
Ты как истории родник
В священном нашем Петра граде.

Нельзя пером всё описать
Эпохи красоту живую,
Нельзя и в сказке рассказать.
Хранишь ты тайну вековую.

Ты памятник ушедших лет,
Ты клад искусства мирового,
Империи священный свет.
Ты дух Отечества родного.

Я будто в прошлое шагнул
И где-то там моё мышление.
Я воздух вечности вдохнул,
Познал я мастеров творение.

Фрейлин я вижу нежный взгляд
И восхищение на лицах.
Гвардейцы с ружьями стоят.
Вот-вот войдёт императрица.

48. Зал Юпитера

Тамара Пеункова

Мы, словно римские рабы,
Застыли у ноги Колосса,
И здесь у нас под самым носом
Стоят античные гробы.

С них, не сводя усталых глаз,
От напряженья каменея,
Мы не гонзагова Камея —
Слились не в профиль, а в анфас.

47. О, Эрмитаж…

Тата Софинская

О, Эрмитаж… Твоих сокровищ
Не видел разве что ленивый…
Ты стольких экскурсантов помнишь —
И потрясённых и счастливых…

Толпой атланты, как и люди,
Стояли в очереди длинной.
Растаяли в дворцовых лужах
Их иностранные ботинки.

В дождях костюмы пострадали,
Китайский ширпотреб наверно.
А полотенечки им дали,
Чтобы сберечь дежурных нервы.

Но в Эрмитаж всё ж не впустили —
Им тапки выдать позабыли!
И держат на крыльце атлантов,
Как нелегальных эмигрантов…

46. В Эрмитаже

Эдуард Скороходов

Почему-то чувствую усталость,
впрочем, нет, скорей — опустошённость:
это прошлое, не принимая старость,
жалуется на незавершённость
бытия. Тень мастера склонилась
над живым цветком, из камня взятым.
Им обоим даже и не снилось,
что живое станет экспонатом,
лишь в мечтах, увы, служенье людям…
И кинжал, трёхгранен и железен,
так и ждёт, когда его разбудят.
Только он для жизни бесполезен,
а для смерти выдумано много
способов, что жизнь, как наваждение,
могут прекратить — не той дорогой
мы, как предки (Знаки вырождения
я на всех портретах замечаю),
продолжаем двигаться напрасно…
Но картина, как и вещь любая,
чем ты ближе — более неясной
кажется… А это что за диво?
Снова камень, лишь слегка обтёсан.
Плавность линий… Боже, как красиво!
Угадаю даже без вопросов:
Женщина… В наследство нам досталось
то, что никогда не умирает.
Почему же чувствую усталость,
словно я сегодня забираю
из дворца в обычную квартиру,
где отнюдь не веет пустотою,
на плечах своих всю тяжесть мира,
что назвали люди красотою?

45. Эрмитаж

Ю. Юдин

Зимний дворец у Невы, посмотри!
Жили когда-то в нем наши цари.
Ну а сейчас в нём огромный музей.
Здесь — «Эрмитаж», гордость Родины всей.

44. Эрмитаж

Юрий Бауэр

А там для всяких ротозеев
По анфиладам неглиже
Прогуливается тихо Время
Чуть отражаясь в витраже.
Оно живёт, не убывая,
И как теперь заведено
Не ездит на авто, в трамвае,
А лишь глядит всегда в окно
На этот затонувший остров,
Что отражается в реке.
Поверьте же, ему непросто
Дремать от жизни вдалеке.
Оно застыло на картинах
И улыбается слегка,
И вот уже с холстов старинных
Глядят не лица, а Века.

43. У портрета в Эрмитаже

Юрий Краснокутский

Между нами не мост — переправа,
Может даже паром или плот.
Мои чувства не знают управы,
Словно в бурю весь парусный флот.

Мне бы мостик простой и воздушный,
Чуть ажурный и чуть кружевной.
Чтоб сливались и губы, и души,
Над кипящей и быстрой волной.

Между нами далёкие годы,
Ты — с картины ушедших веков,
Воплощеньем изысканной моды,
Ну а я-то совсем не таков.

Неподвижно стою в Эрмитаже,
Несомненно, хорош твой портрет.
У такой красоты я на страже,
И влюблён, уж какой тут секрет…

42. Эрмитаж

Юрий Краснокутский

Был день этот важен,
Когда к Эрмитажу
С волненьем пришёл я тогда.
Атлантов как стражу,
И стук экипажа
Запомнил с тех пор навсегда.
Ю. Краснокутский

Я в Питере. Я в Эрмитаже!
С восторгом по залам брожу.
Не чувствуя голода даже,
Всё новое здесь нахожу.

Герои, святые, мадонны,
Красавицы и мудрецы.
Венера, Амур, Купидоны,
Библейских сюжетов творцы.

Младенцы, портреты и вазы,
Где яшма, порфир, лазурит,
Пусть гидов отдельные фразы,
Ведь камень и сам говорит.

Христос. Магдалина и Флора,
Пейзажи, леса и моря,
Обзор интерьеров собора,
Мундир с орденами царя.

Зал Рубенса и Тициана,
Восторг неприкрытый, без слов.
Изящные формы Диана,
И краски прекрасных цветов.

Про блудного сына рассказы,
И Рембрандт, что с детства знаком.
Слились все эмоции разом,
Что были тогда далеко.

Три грации в зале скульптуры,
Где Геба, Психея, Амур.
Изящны, роскошны фигуры,
Для нас здесь соперник лишь Лувр.

Бегущих дверей анфилада
И зал из гранитных колонн.
Всё это мне просто награда
За то, Эрмитажу поклон!

41. Эрмитаж

Юрий Агеев

1.
Узорной лестницы винтаж
влечёт в эпохи,
распахнут в вечность Эрмитаж
зерцалом мира,
часы забот своих отдашь,
сомнений крохи,
и обратится в подвиг блажь,
а сердце — в лиру.

2.
Здесь — Рафаэль, а там — Рембрандт,
а между ними — Леонардо,
прошедший скупки и ломбарды,
но не утративший талант.

Буонарроти, странно кроток,
тревожит желтизной лица,
чуть-чуть косится Тициан
на пышных Рубенса красоток.

Полотен пленники хитро,
к изыску хладны и отделке,
глядят на мытые тарелки
ещё с романовских пиров.

Для впечатлительных натур
струится свет, лаская нервы,
из неподделанных шедевров
и неукраденных скульптур.

По залам, спящим в тишине
среди картин, панно и статуй,
смирясь с грядущею утратой,
иду неспешно, как во сне.

Эрмитаж

40. Эрмитаж

Автор Мария Кузнецова

Сокровищница Эрмитажа
И вдохновляет и манит,
Гранитных плит немая стража
Нам остудить наш пыл велит

Полотна Тициана и Рембрандта,
В коллекции — и гордость, и бриллианты,
А я в восторге от художника таланта,
Из всех сокровищ мне важней душа атланта…

Коллекцию пополнить — не пополнить?
Художник рассуждает — пятьдесят на пятьдесят,
А будет ли, что в жизни вспомнить?
Глаза его блестят, хотя, ведь, и года летят…

39. Залы Эрмитажа

Александр Егоров

Как прежде, волны на ступени,
Вздымает светлая Нева.
Как прежде львов прибрежных тени,
Смывает хладная волна.

Как прежде, шпиль Петра и Павла,
Взнесен над крепостной стеной.
Как прежде Эрмитаж прохладный,
Ведет по залам за собой.

Как прежде Брейгель веселится,
Зимой Голландии влеком.
Фигуры Рембрандта и лица,
Волнуют так же нас тайком.

Как прежде, Импрессионизмом,
Зовет изменчивый Моне.
Нездешним вкусом вин игристых,
Сирень цветет на полотне.

Как прежде, с солнечным уходом,
У Петербурга сто причин,
Оставить мысли и заботы,
Наедине, остаться с ним.

38. Окна Эрмитажа

Александр Егоров

Из дворцовых окон,
Смотрят облака.
Разлилась широко,
Пред дворцом река.

Кистью «Леонардо»,
Ярок небосвод.
Краски «Авангарда»,
Летний день несет.

«Ренуара» свежесть,
Бродит по Неве.
Мягкость и небрежность,
В волнах от «Моне».

В летней дымке тает,
Парус вдалеке.
Красками играет,
Колорит «Марке».

Из дворцовых окон,
Смотрят облака.
Разлилась широко,
Пред дворцом река.

37. По Эрмитажу

Александр Никифр Корнишов

Среди скульптур,среди картин,
Свой день сегодня проведу.
И в царских комнатах один,
По Эрмитажу вновь пройду.

Иду. Всё в золоте сусальном,
И восхищения нет конца.
Как будто в мире зазеркальном,
Внутри я Зимнего дворца.

И каждый зал своё творение,
Свой стиль особой красоты.
Эпох ушедших притяжение,
Шедевров редкостных ряды.

Я слышу прошлого дыхание,
Среди культуры всех времён.
И погружённый в созерцание,
Всем этим прошлом окружён.

Мне важно видеть мир столетий,
И прошлых гениев холсты.
Искусство разное соцветий,
Людей ушедшие черты.

Себя всё больше будоража,
Среди коллекций и витрин.
Иду опять по Эрмитажу,
По залам молча и один.

36. Эрмитаж

Александр Норенков

На берегу Невы могучей,
Как будто сказочный ларец,
Сияя блеском, златом жгучим
Стоит в красе своей дворец.

Его собой ласкает время,
Он знает толк в теченье лет.
Хранить в себе искусства семя —
Таков его векам обет.

Ещё он дал его потомкам
Людей, что Русь родит как мать,
Собрать в покоях дивных, ёмких,
Всё то, чего нельзя познать,

А, можно только лишь увидеть
Шедевров вечных красоту.
И, белых-белых, словно лебедь,
Колонн святую наготу.

Фарфор, скульптуры, чаши всюду.
И, ежедневно — вернисаж.
Всё это — сказочное чудо!
Всё это — славный Эрмитаж.

Луч солнца в окна проникая,
Скользит по мраморным полам.
По ним давно-давно, блистая,
Царица шла к гостям-послам.

Как много здесь изящных фресок!
Как много статуй и картин!
Искрящих звёздами подвесок,
Каменьев чистых и витрин!

В барокко* выполненных залах
Живёт хозяйкой тишина.
Она вельмож знатнейших знала,
Секреты их хранит она.

Полотна, живопись — бесценны!
В них тайна мудрая живёт.
Живёт в них дух творенья вечный,
Он в мир восторга всех зовёт.

«Юдифь»*, «Капризница»*, «Даная»*,
«Гуляки»*, «Снятие с креста»*…
Шедевры эти ждут вниманья,
Они здесь точно неспроста.

Велик и ярок мир искусства!
Он — словно девственный пейзаж.
В нём растворились краски, чувства…
Собрал в себя их Эрмитаж.

Нева на брег бурун бросает.
Бурлит, кипит её вода.
Санкт-Петербург гостей встречает.
Впитал в себя он жизнь, года.

Велик и славен этот город,
Он вечно будет жить в веках.
Познал он радость, муки, голод.
Его никто не ввергнет в прах.

На берегу Невы могучей,
Как будто сказочный ларец,
Сияя блеском, златом жгучим
Стоит в красе своей дворец.

  • *Барокко — одно их главных стилевых направлений в искусстве Европы конца XVI — середины XVIII вв.
  • *«Юдифь» — Джорджоне . Итальянский живописец.
  • *«Капризница» (около 1718) — Антуан Ватто. Французскийхудожник, основоположник стиля рококо.
  • *«Даная» (1636) — Рембрандт Харменс ван Рейн . Великий голландский живописец.
  • *«Гуляки» (1660) — Ян Стен. Великий голландскийживописец XVII века.
  • *«Снятие с креста» (около 1617 — 1618) — Питер Пауль Рубенс. Великий фламандский живописец.

35. И снова Питер…

Валентина Гладыш

И снова Питер. Снова Эрмитаж.
И изумительная выставка голландцев.
Духовное родство, любовь, кураж.
Приходится всё время удивляться…
Картины излучают доброту,
Тепло. Его так в жизни хватает.
Простую и земную красоту
Пусть люди никогда не забывают…

  • Государственный Русский музей (по 1917 год «Русский Музей Императора Александра III») — крупнейшее собрание российского искусства в мире. Находится в центральной части Санкт-Петербурга. Современный Русский музей представляет собой сложный музейный комплекс. Основная экспозиционная часть музея занимает пять зданий: Михайловский дворец (главное здание музея) с выставочным корпусом Бенуа, Михайловский (Инженерный) замок, Мраморный дворец, Строгановский дворец и Летний дворец Петра I. В состав музея входят также Михайловский сад, Летний сад, сад Михайловского (Инженерного) замка и Домик Петра I на Петровской набережной и ряд других зданий. Директор музея — Владимир Александрович Гусев. На 1 января 2015 года собрание Русского музея составило 410 945 единиц хранения. В это число входят произведения живописи, графики, скульптуры, нумизматики, декоративно-прикладного и народного искусства, а также архивные материалы.

34. В Русском музее

Александр Беличенко

Музей… Пред ним волшебный Пушкин —
Само движенье, взмах руки:
Друзьям, на праздничной пирушке,
Читает прелести-стихи.

Велик в твореньях русский гений —
В Музее Русском много их:
В трудах и в муках поколений
Они дошли до нас, живых.

Все бродят в муках восхищенья:
Увидеть, в память заложить,
В минуты музам посвященья
Искусством ум обворожить.

Увы, для удовольствий краток
Дарованный природой миг…
Пора! И не один десяток
Шедевров… даже не достиг.

33. В Русском музее

Алексей Савернов

Стены стоят упрямо.
Люди, стирая ноги,
смотрят картины в рамах,
а на картинах боги.

Кто я, зачем, откуда?
Сделаю взгляд на стены:
глина, огонь, посуда…
Жизнь — это перемены.

Вот на картинах лето,
осень, цветы, сражения.
Тусклые блики света,
чудо изображения.

Кто ты, зачем, откуда?
Делаешь взгляд на стены:
вера, любовь, Иуда…
Жизнь — это перемены.

Смотрят холсты наружу
словно они живые,
видят тела и души,
свежие и гнилые.

Выйти бы им из плена,
но повторится ль чудо?
Слезы в глазах верблюда,
лодки в низовьях Сены…
Жизнь — это перемены.
Кто мы? Зачем? Откуда?

32. Последний день Помпеи К. Брюллова

Анна Окерешко

Принёс ты мирные трофеи
С собой в отеческую сень, —
И был «Последний день Помпеи»
Для русской кисти первый день!
Е. Баратынский

Душа горит, и все внутри немеет —
Стою, не в силах взгляда оторвать
От полотна «Последний день Помпеи»:
Невеста на плечах, испуганная мать,

Красавица, навек заснувшая, художник,
Сыны, спасающие милого отца..
Те люди — из таких же точно кожи,
Костей, привычек, чувств и черт лица,

Что и у нас — у трепетных потомков..
Они, не дрогнув, отстояли до конца
И честь, и славу, и лицо ребёнка,
Запечатленное в измученных сердцах.

Карл Брюллов открыл ворота века —
Чтоб каждый смог величие понять, —
Изображая благородство человека
Перед дыханием стихийного огня.

Вся эта мощь, безумство, страх и сила..
Любовь и власть. Страдание и грех.
Изобразить ужасное красиво
Мог только гениальнейших из всех.

Ликует сердце — самый точный глазомер,
И не хватает от восторга рифм и слов..
За этот вечный истинный шедевр
Спасибо Вам, изысканный Брюллов!

31. Русскому музею

Анна Окерешко

Когда печали вьются дикой стаей
У сердца, я стремлюсь по зову муз
Туда, где Пушкин жестом приглашает
В обитель изумительных искусств.

Ты входишь в зал — и преклонить колени
Желанье возникает. Как побег —
Перенестись в любое измеренье —
с X по XXI век.

Вмиг попадаешь в мир иного света
И вмиг становишься с великими на «ты».
Такое только здесь возможно: это
Небесный остров среди шума-суеты.

Чтобы душа великое узнала,
Чтоб даже разум был в мечту влюблён,
Я растворяюсь в атмосфере залов
И чувствую единство всех времён.

Огромные поля, родные степи
Творений, гениальнейших идей…
Я не иду — плыву в великолепии
Шедевров — вне пространства и вне дней.

И водворив на твою крышу сень короны
Из облаков, каналов, переулков..,
Так хочется припасть к твоим колоннам,
Русский музей, столица Петербурга!

30. Русский музей

Александр Егоров

Там где — чугунная ограда,
На Инженерной взнесена,
Где за фасадом — анфилада,
Ведет в пристройку Бенуа.

Где Русский дух и Русский символ,
Витают в залах средь искусств,
Там, очарованный — Россией,
Художник — повелитель Муз.

Там Шишкин Русью осененный,
В пейзаже душу создает.
Там русским Севером пронзенный,
Духовный Рерих — предстает.

Там отдых, в суете мирского,
Там дух Отечества в стенах,
Чего — то близкого, родного,
Не позабытого в веках.

29. Русский музей

Геннадий Рябков

По залам Русского музея
Идёт народ на всё глазея.
Картины, бюсты и скульптуры…
Всё — для развития культуры.

Здесь дух истории витает,
Эпохи в цепь соединяет.
И не потух огонь искусства,
Тревожа наши мысли, чувства.

Искусство здесь живёт по праву,
Духовный труд храня и славу.
И смотрит люд на те творенья,
Открывши рты от удивленья.

И мы становимся другими.
Красивый след оставлен ими,
Творцами жизненной натуры.
Картины… бюсты… и скульптуры…

28. Я у ступеней Русского музея…

Иволги

Ища истоки наших дней в былом,
Я — у ступеней Русского музея:
Вот тут увековечил Карл Брюллов
Кисть русскую «Последним днём Помпеи».

Художнику и слава, и хвала,
Но, в лоб смотря, Италии не вижу:
Не равнодушна к горю бедолаг,
И всё ж своя рубашка к телу ближе…

Глубокий тектонический разлом
Судьбу моей Отчизны покорёжил,
И пламени следы видны на всём:
От стен Кремля до встречных лиц прохожих.

Клеймили адским пеклом и огнём
Трёх революций и войны гражданской,
Вошла свинцовым пеплом в каждый дом
ГУЛАГа тень за провожатым в штатском.

Зловещей струйкой поднимался дым
Над кратерами белых пароходов:
Когда прощался с беглецами Крым,
То вены обескровели народа.

Похоронил проснувшийся вулкан
Сады и рощи под кипящей лавой —
Не может в гневе пощадить вандал
Ни дел чужих, ни имени, ни славы…

Землетрясение, разор, пожар —
Хлебнули полной чашей мы намедни:
Дым едкий, застилающий глаза —
Сегодняшнее горькое наследье…

С склонённой головой молюсь о том
Я у ступеней Русского музея,
Не обернулся чтоб последним днём
День завтрашний для нас с тобой, Рассея!

27. Картины Русского музея

Игнатова Анна

Карнавал в Риме (А.П.Мясоедов. 1839)

Карнавальная река
К нам течет издалека!
Всех обрызгала весельем —
От щенка до седока!

Виа Корсо в суете,
В карнавальной тесноте,
Разбурлилась, расшумелась,
Словно чайник на плите!

Кто в чалме, кто в колпаке,
С грузом или налегке —
Всех несет волна веселья
Вниз по праздничной реке.

Нынче, завтра — всё одно!
Сыпьте веером зерно!
Пейте, римляне и гости,
Карнавальное вино!

Маленькая женщина (О. Дела-Вос-Кардовская. 1910)

Приподнявшись на носочках
И дыханье затая,
В зеркало глядится дочка,
Словно в тайну бытия.

Без улыбки, без кокетства,
Так серьезна в этот миг,
Словно видит, как из детства
Проступает взрослый лик…

Пляшущая баба (Ф.А.Малявин)

Что за огненная пляска!
И азартна, и проста!
Баба пляшет так, что краска
Разлетается с холста!

Сразу даже непонятно,
Где нога, а где рука!
Предо мной мелькают пятна,
И в глазах рябит слегка…

На секунду замерла бы!..
Не дождетесь — не замрет!
Кружит вихрь — пляшет баба.
Расступись, честной народ!

Собака у корзины с битой дичью (А.Г.Добреков)

Я не легавая и не борзая
И на охоту меня не берут.
Но я всё равно эту дичь покусаю,
Как только борзые с охоты придут!

У той-спаниелей железная хватка!
Не улетит ни одна куропатка!

Тёмные люди. (К.А.Савицкий. 1882)

Затаились люди в чаще камыша.
Темная одежда, темная душа…
Зеркалом застыла темная вода.
Очень скоро будет на реке беда!
Очень скоро воду рассечёт весло,
Вырвется на волю воровское зло,
Захлестнёт торговца или рыбака!..
Но пока недвижна темная река…

Хороша картина! Тем и хороша,
Что злодеи вечно в чаще камыша.

У старой мельницы (С.И. Васильковский. 1891)

Солнечный день, середина июля.
Стелется мягко дорожная пыль.
Лопасти мельницы мирно уснули.
В бухте зеленой — полуденный штиль…

Дремлют русалки под листьями лилий,
Светлые пряди в воде распустив.
Спят водяные на шелковом иле…
Сонное царство под ветками ив.

Были когда-то русалочьи пляски
Вместо гусей на речном берегу.
Старая мельница, старые сказки…
Спите спокойно. Я вас сберегу.

Сочинение (Н.П. Богданов-Бельский. 1903)

Пусть на ногах худые лапти,
Пускай залатаны заплаты.
Не на печи, не на полатях —
Сидят за партами ребята.

В раздумье волосы ерошат,
И на листок ложатся строчки
О первой утренней пороше
И о судьбе льняной сорочки*,

О том, как в поле хлеб родится,
О чем мычит коровье стадо,
В какие краски лес рядится
И почему учиться надо.

Любая обувь и одежда
Сойдут для жизненного старта.
Мечта была бы и надежда,
И школьная простая парта.

Лучистый пейзаж (М.Ф. Ларионов. 1912)

Я щурюсь от яркого света.
Солнце запуталось в ветках сосны.
Лето.
Цветные сны.

Портрет М.Я. Нарышкиной с сыновьями Львом и Сергеем Кирилловичами и дочерью Александрой Кирилловной. Дж. Доу. 1823

Перед портретом я стою,
Смотрю на чудную семью.
Красива мать, прелестны дети,
Но есть загадка на портрете.

Из милых девочек один —
Совсем не девочка, а сын!
И вот пытаюсь отгадать я,
Кто из детей — мальчишка в платье?

А, понял! Шустренький такой!
К сестренке тянется рукой
И, судя по сверканью глаз,
Отнимет яблоко сейчас!

26. Баллада о Каме и двух смельчаках (Рылов А.А. Смельчаки. Кама. 1903)

Рыбаки в этот грозный вечер
Не идут на просторы плёса.
Привязали лодки покрепче
И на берег не кажут носа.

Только двое плывут с добычей.
Как бы сами добычей не стали!
Тот, кто вёсла бросает и хнычет,
Доплывет до дома едва ли.

Разыгралась сегодня Кама,
Словно стало ей в русле тесно!
Не обнимет сыночка мама,
Не дождется парня невеста!

— Эй вы, люди, сырое тесто! —
Заливаясь, хохочет Кама. —
На земле вам самое место!
Что ж вы — смерти навстречу прямо?

С каждым взмахом вы всё слабее.
Предлагаю душу за душу.
Одного заберу к себе я,
А другого верну на сушу.

Выбирайте, кого не будет!
А вдвоем доплывёте едва ли…

Ничего не сказали люди,
Только вёсла сильнее сжали.

Посмотрели в глаза друг другу…
Не бывать по-твоему, Кама!
— Пусть дождется тебя подруга!
— А тебя пусть обнимет мама!

— Навались! — закричали вместе
И рванули вперед упрямо,
К дому, матери и невесте.
« Смельчаки», — отступила Кама.

Перестала злиться безбожно,
Только лодку плавно качала
И несла людей осторожно
К тем, кто ждал всю ночь у причала.

25. Фигурки императорского фарфорового завода.

Молочница.

Платком покрыта голова,
Белее снега рукава.

Идет по лугу босиком,
Несет кувшины с молоком.

Не пожалейте медяка,
Купите кружку молока!

Она на эти медяки
До снега купит башмаки
И теплые чулочки…

Но не себе, а дочке.

24. Разносчик мороженого.

1 вариант:
Ох, замучил летний зной…
Эй, мороженщик, постой!
Вот тебя-то нам и надо!
У тебя в ведре прохлада,
Дивная, манящая,
Радость настоящая!
Ничего нет слаще…
Заходи почаще!

2 вариант:
Вдоль по улице идет
Не жираф, не бегемот,
Не павлин, не элефант,
Не заезжий в гости франт —
Щёголь заграничный…
Не красавец, не урод,
А совсем наоборот —
Человек обычный.

Почему ж мужик и барин,
И крестьянин, и боярин,
Парни, девки, стар и млад —
Все вослед ему глядят
Взглядом завороженным?
Просто он отличный парень,
Бородатый славный парень…
Да еще с мороженым!!

23. Русский музей

Марина Серебряная

Сокровища искусства поселились.
Живут не год, не два, а сотни лет!
И ими миллионы восхитились,
и будут восхищаться! В чем секрет?

Какой чудесный зал! Кругом колонны,
людей изображения на стене.
У лестницы кувшин огромный черный.
Кругом бело в Михайловском дворце.

Вот белый зал пред нами показался.
В нем лампы золотые и полы.
Диваны так блестят и так искрятся!
Не передать словами красоты!

Таланты пишут натюрморты,
другие страны, города.
Что наша жизнь? Она проходит…
А жизнь картины навсегда.

Неописуемо, смотрите,
спешите люди поскорей!
Пускай увидят ваши дети,
искусство — русский наш музей.

22. В. Серов Анна Павлова Русский музей

Марина Фомина

Танцующий эфир!
В оттенках голубого —
Запечатлённый мир
Движения живого.
В мазке — руки полёт,
В другом — уже кружится,
Над залами плывёт
И тает танцовщица.
За виражом вираж —
Здесь в кружево пространства
Вплетается мираж
Чарующего танца.
Балета яркий миг —
И вечен он и краток…
Так на холсте затих
Таланта отпечаток.

21. По залам Русского музея

Нелен Любовь

По залам Русского иду,
Иванов и Крамской встречают,
и Репин грозными очами
стоит бессменно на виду.

Явление Христа, народ,
библейские сюжеты вижу,
кого люблю и ненавижу,
страданий их водоворот.

Стоит в музее тишина,
величие торжеств повсюду,
многострадальнейшему люду
их жизням — низкая цена.

Невосполнимость ли потерь,
еврейский мальчик огорченный,
жених ли новоиспечённый,
и к Фире в зал открыта дверь.

Она прекрасна и чиста,
её ласкает каждый взглядом,
на празднике, где море с садом,
её бессмертна красота.

Войду ли в зал, где хохлома,
иль дымка, палех, всё — прекрасно,
трудились предки не напрасно,
полны музея закрома.

Прикосновение к нему
всегда влечёт родные души.
ничто ту тягу не нарушит,
согласно сердцу и уму

движения, природы вид,
неповторимость всех творений,
как шёпот разношерстных мнений,
над дивной вечностью парит.

По залам Русского музея

20. К. П. Брюллов. Последний день Помпеи

Татьяна Нн -Пономарева

На грани шока, изумленье,
Восторг, сродни перерожденью…
По улочке, в пыли и пепле,
В кровавом зареве и пекле
Метался в ужасе народ.
Их лица обреченностью пугали….
Уже смирившись, принимали
Как данность — гибель от богов…
Помпея…несколько шагов
От давности той отделяла,
Картина будто оживала,
Из вечности навстречу шла….
Казалось, что и я со всеми
К ногам Везувия легла.
На грани шока, изумленье,
Восторг, сродни перерожденью…
Картина в зале Эрмитажа —
А я смотрела, чуть дрожа.

19. Картины Русского музея

Юрий Асмолов

Эти «Цветы» никогда не завянут
И, синей стужей горя,
В поле, в берёзах звенеть не устанет
«Вешний поток» Грабаря.

Буду я помнить «Фиалки из Ниццы»,
Мне не забыть «Свежий снег»,
«Русская девушка» будет мне сниться
Весь мой оставшийся век.

«Старое и молодое» и «Лето»
Много сказали без слов.
Смотрят мне в сердце крестьянские дети,
Словно живые, с холстов.

Здесь — не седой старины нашей юность,
Здесь — красота и нужда…
И показалось мне вдруг, что вернулось
То, что ушло навсегда.

18. Картинная галерея

Юрий Агеев

Айвазовский. Девятый вал…
Я такой же, попавший в бурю,
у зелёных, угрюмых скал,
у раскрытых ворот лазури.

Галерея ведёт в моря.
Я шагнул из улиц оглохших,
бросил острые якоря
в синь твою, колыбель усопших.

Галерея умерших глаз:
«Что так грустно сказал, дружище?
Если ты не увидишь нас,
кто же мысли наши отыщет?»

Не клевещут глаза слепцов, —
только им и дано прозренье.
Мимо — Врубель, потом Васнецов…
«Гамаюн» — моё озаренье!

  • Пушкинские места — традиционное название местностей (среди них усадьбы, дома и др.), связанные с жизнью Александра Сергеевича Пушкина.

17. Ну, что мне в этом городе чужом…

Валентина Яроцкая

Опять дана глазам награда Ленинграда…
Б. Ахмадулина

Ну, что мне в этом городе чужом,
надменным блеском нищету слепящем,
когда есть у меня лесные чащи,
где можно жить, дышать… (Притом
не забывая: ищущий — обрящет,
но по-сиротски добавляя: ДОМ…)

Ну, что мне в этом городе чужом,
где ночи белые — моих лишь отраженье,
тех, в коих праздник светоумноженья,
не оставляемый на «завтра» и «потом»,
где у любви нет метки «наважденье»,
где ( извините, повторяюсь)… ДОМ!

Ну, что мне в этом городе чужом?
Дворцов роскошных зреть великолепье?
Иль поглазеть, как втиснется ужом
в метро толпа, штурмуя время слепо?..

Но…Мойка! ДОМ двенадцать!
Сколько света!
Душе награда — встретиться с Поэтом.

16. Дворик на Мойке. А. С. Пушкину

Валерий Недюдин

Вспоминая тот дворик на Мойке
И пропитанный кровью диван,
Ощущаю в душе беспокойство,
И раскрытый сердечный обман.

Что теперь сожаления строки —
Был Поэт и его не вернёшь.
Почему же столь малые сроки
Бог, ты гениям в жизни даёшь?

Как кометы они пролетают,
Прославляя на век времена,
Но угаснув нам свет оставляют,
Выжигая в сердцах имена.

15. На Мойке дом один печальный

Екатерина Строева

Александру Сергеевичу Пушкину

На Мойке дом один печальный,
Приют Его последних дней.
Над ним зари привет прощальный
Плывёт своей дорогой дальней,
Деревьев отражая тени
В воде, в каналах, в сновиденьях,
И в час грозы весенней, майской,
Сверкнувшую на небе сталь,
И ночь, летящую меж скал
Домов, и руки гордые мостов,
И волны трепетной реки,
И бой всевидящих часов,
И сфинксов вещие зрачки,
Всё отражает свет прощальный,
Плывя своей дорогой дальней…

14. Петербург

Елена Егорова

С зарёй в Петербург прибывая
На шумный Московский вокзал,
Увидеть спешу из трамвая
Проспекты, где Пушкин бывал.

Ступаю легко по приезде
На влажный гранит берегов,
Любуюсь прекрасным созвездьем
Шедевров великих творцов,

На волны гляжу. Раздвигая
Завесы ушедших веков,
Люблю представлять, как другая
Шла жизнь за стенами дворцов…

Там ярко поэты блистали,
Шумели большие балы.
Там Пушкин являлся с Натальей,
Стараясь быть выше хулы

И мнений надменного света…
Безжалостно время течёт,
Но души не канули в Лету,
И Пушкин на Мойке — живёт!

Растрелли — в дворцах без сомненья,
Петра приютил Летний сад…
Нетленное их вдохновенье
Доселе хранит Петроград.

Люблю перспектив его стройность,
Имперских соборов главы,
Старинных строений спокойность,
Волненье могучей Невы,

На шпилях блистание алых
Последних закатных лучей.
Люблю затаённость каналов
В прозрачности белых ночей,

Затихшие парки и скверы,
Абрисы ростральных колонн
И тонкую зыбь атмосферы
Духовности прежних времён.

13. На Мойке дом

Жанна Шрамко

На Мойке дом. Уютный двор.
Сюда вхожу я, чуть дыша —
Порожек. Лестничный проём,
Здесь — Пушкин, здесь его душа,
Покинув суетную жизнь,
Слилась с вселенскою душой.
Судьбы исполнился каприз —
Погиб поэт, убит молвой.
Всё здесь волнует нашу кровь:
Его портреты, стопки книг.
Вердикт толпы всегда суров:
Погублен истины родник.
Простые комнаты, но в них
Его судьбы и свет, и тени,
Восторг и слёзы поколений,
Кто к роднику сему приник.
Ведь здесь, в тиши, его строка
Легко рождалась на века.
Благословенное перо
Его любило одного…
На Мойке тихая вода
По-прежнему ласкает камень.
Поэзии не гаснет пламень,
Всё ярче Пушкина звезда!

12. О Мойке — 12

Ирина Ващенко

Там где-то Пушкина дыханье,
Окрылость, к миру содроганье,
Любовь, восторг, свободный взлет
И к сердцу чудный поворот.

Там все пленительно и нежно,
Чудесно, чисто, безмятежно,
Там вечность сладкая вокруг
Слегка очерчивает круг.

Там Петербурга светоч, ласка,
Как вновь излюбленная сказка,
Она всегда к себе манит,
Волнует, радует, царит.

11. Мойка 12

Людмила Фершукова

Стужа февральская вьюгой кружит,
Пушкин на смятой постели лежит.
Рана смертельна, и близок конец,
Скоро умолкнет великий певец.
Губы сухие, страданье в глазах,
Рядом Жуковский, Наталья в слезах.
Нет, он не будет от боли кричать,
«Сколько осталось?» — спросил у врача.
Там за окном завыванье пурги,
Кружатся маски: друзья и враги,
Маски восторга, сочувствия маски,
Маски почтения, кокетства и ласки…
Все не кончается тот маскарад,
Будешь тут смерти, как отдыху, рад.
Пушкин уходит, он выйграл войну,
Жаль, оставляет несчастной жену.
Малые дети, отсутствие средств…
Чести поборник был муж и отец.
Вправе ли был так собой рисковать?
«Давит, становится трудно дышать!
Кончена жизнь!», — а как хочется вновь
Чувствовать в жилах горячую кровь,
Хочется мчаться на белом коне
Болдинской осенью, пусть хоть во сне!

10. На Мойке. Разговор с Пушкиным

Наталья Смирнова

Если шумит за окнами злая осень,
Или стучат дожди на исходе лета,
Я прихожу на Мойку и ровно в восемь
Слышу знакомый отзвук шагов Поэта.

Тихо его окликну: «Постойте, Саша.
Имя моё запомнится Вам едва ли.
Я Натали, хотя и не та, не Ваша,
Просто поэт — совсем из других реалий.

Пара веков меж нами. Какая «проза»!
Как скоротечно всё-таки жизнь промчалась.
Знаю, в душе Поэта не вянут розы,
Любит она порой начинать с начала.

Время молчит, и только слегка тревожат
Нити дождя, как струны большой гитары…
А на Мильонной* льётся мазурка. Боже!
Может быть, я смогу Вам составить пару?

В вихре веков по кругу помчимся снова,
Радость сверкнёт в игривом моём сердечке.
Я ведь за Вами всюду идти готова,
Даже на край Земли…но не к Чёрной речке.

Впрочем зачем? Не надо сейчас об этом!
Страшный февраль ещё не ударил тростью.
Просто шумят дожди, провожая лето,
Завтра я вновь приду…не гоните гостью.»
—-
Если с утра за окнами плачет осень,
Или стучат дожди на исходе лета,
Я прихожу на Мойку, чтоб ровно в восемь
Снова услышать голос Души Поэта.

  • * Милллионная улица в Санкт-Петербурге, проходящая от Лебяжей канавки до Дворцовой площади.

9. У Зимней канавки

Наталья Смирнова

Я у Зимней канавки стою,
На могучих атлантов взираю.
С ними мысленно я говорю,
И они благосклонно кивают.

Оглянувшись на Певческий мост,
Подмигну ему взмахом ресниц
И почувствую музыку звезд,
И прекрасное пение птиц.

А на Мойке — поэта шаги,
Все звучат сквозь лавину времен,
Так быстры, грациозны, легки,
Словно в оперу выскочил он.

Представляю себя на мосту
Миловидною пушкинской Лизой,
Вот стою я и Германа жду,
А уж полночь так близко, так близко!

Иль представлю Онегина. Он
По Мильонной в карете несется.
Так чванлив, своенравен, холен,
Только цокот копыт раздается!

Знать, на бал пригласили его
В особняк генерала в отставке…
Сколько ж можно представить ВСЕГО,
Просто стоя у Зимней канавки.

8. О музее А. С. Пушкина на Мойке

Ольга Бажина

Эпиграф: В году лишь 25-ом
Открыл нам дверь музей,
Чтоб Пушкин, как когда-то,
Собрал своих друзей.
____________

Великого поэта последняя обитель,
Позволь мне прикоснуться к святым стенам твоим!
Я в этот дом пришла не как случайный зритель.
Здесь жил любимый Пушкин, что в сердце мной храним!
И каждая ступенька напоминает это.
Не спас его воспетый им лично талисман.
И не забыть ступеням, как жгла их кровь поэта,
Как будто кровь сочилась у лестницы из ран.
Когда Никита верный по ней шел, спотыкаясь,
Спросил поэт: «Не грустно тебе нести меня?».
Никита улыбнулся, скрыть боль свою стараясь,
И мысли о кончине хозяина гоня.
Потом кареты, люди сменялись беспрестанно.
Врачи, друзья спешили на Мойку в желтый дом.
Жуковский бюллетени нес людям неустанно,
А на чулане «Пушкин» он написал углем.
И восковые слезы с подсвечников стекали,
И пламя трепетало у Аренда в руке,
А бурные потоки людей не утихали
И превращались в реку с истоком вдалеке.
Такого наводненья здесь зданья не видали,
И не было различья, кто высший, низший свет,
А в доме, что на Мойке, друзья, надеясь, ждали,
Что вдруг случится чудо, и будет жив поэт.
И рядом за стеною жена его лежала
Без чувств, в бреду стеная о счастии былом,
И в судорогах билась порою и дрожала,
Как раненая птица со сломанным крылом.
А он шептал губами: «Она не виновата,
Она не предавала и не могла предать!»
В отличие от многих он в это верил свято.
Друзей своих просил он ее не осуждать.
А сам страдал от боли почти что с нею рядом,
Несчастную жалея, старался не стонать,
Скользя по полкам книжным уже нездешним взглядом,
«Друзья мои, прощайте!»,- он книгам смог сказать.
В последние минуты он взял с Данзаса слово,
Что мстить друзья не будут за смерть его другим,
И закатилось солнце поэзии, но снова
Жизнь Пушкин освещает нам творчеством своим.
На Мойке в кабинете с другими я рыдала,
Так на людях лишь в детстве я плакала всерьез.
И первый раз в музее так искренне страдала
И не стеснялась этих горячих чистых слез!

7. Мойка 12

Ольга Лябина

(Мойка 12 — дом-музей Пушкина)

Дом 12 старой Мойки,
Со двора к музею вход
В каждом кирпиче постройки
Имя Пушкина живет.

Коридор, ступеней мрамор
Под нетвердою ногой,
Здесь старинные перила,
Трогал он своей рукой.

Через этот вход парадный,
Не скрывая скорбных слез,
В тот январский день прохладный
Дворовой его занес.

Бюллетень, жуковский почерк
И, румянец прочь с лица —
В каждой торопливой строчке
Приближение конца.

Анфилада небольшая
Нужных комнат (лишних нет),
И, душою замирая,
Мы проходим в кабинет.

Полки с книгами по стенам —
Как же Пушкин их любил,
С переездом непременно
За собой перевозилвозил.

Стол обит сукном зеленым,
Сплошь листки черновиков
И задорный арапчонок —
Символ Пушкинских основ.

Вот диван под черной кожей,
Словно траурный убор,
Послужил смертельной ложей,
Скорбью дышит до сих пор.

Здесь закончилась развязка
Гениального творца,
Вот и гипсовая маска
С помертвевшего лица.

Медальон, хранящий локон,
Буйных Пушкинских волос…..
Нет, еще, пожалуй, много
Здесь прольется скорбных слез!

6. На Литейном лили пушки…

Серик Устабеков

На Литейном лили пушки
Для блистательных побед.
Здесь не раз Великий Пушкин
Заходил к родным чуть свет,

Ибо в Графском переулке
Жили мать, отец, сестра,
Подавались к чаю булки,
Мёд, варенье и икра.

Пушкин радовал стихами,
Но смотрел на мать с тоской
Осознав, что в скорой драме
Их обоих ждал покой.

 

5. Восьмое февраля — день дуэли А. С. Пушкина

Татьяна Зрелова

Восьмое февраля —
Какой-то хмурый день!
Ложится на поля
Под вечер рано тень:

Несёт судьбы печать —
На белые снега —
Ее не меркнет гать,
Ведущая в века.

На Чёрной речке, днём
В сугробах виден след.
Суровым февралём
Ушёл от нас поэт.

Погиб поэт — упал,
На стылый алый снег.
Погиб поэт — восстал —
Великий человек…

4. Мойка 12

Трофимов Валерий

Когда ни славы, ни оваций,
Ни женщин рядом, ни друзей,
Пойду на Мойку, дом двенадцать,
Как на причастие, в музей.

Пока бесстрастная природа
Гудит в метельную трубу,
Журчит рассказ экскурсовода
Про дар случайный и судьбу.

И мнится, помнят раритеты
Прикосновенья чьих-то рук,
И слышат мертвые поэты
Людей, толпящихся вокруг.

А я, собою удрученный,
И тем, что смысла в жизни нет,
Смотрю задумчиво на черный
Дуэльный пушкинский жилет.

По окровавленному следу
Иду я мысленно опять,
Чтоб пораженья от победы
Уже совсем не отличать.

3. Пушкин. Мойка, 12

Фомина Ольга

Здесь, в сердце Северной Пальмиры,
Где, Богом от греха спасён,
Он, загадав загадку миру,
На небеса был вознесён.

И потекли рекой потомки
В осиротевший кабинет,
Где, постояв у жизни кромки,
Ушёл в бессмертие поэт.

Здесь он, незрим, меж нами бродит,
И слышен лиры его глас…
За веком новый век приходит.-
Здесь тот же день, и тот же час.

Священный трепет будоражит
И ускоряет сердца стук…
Вот он войдёт сейчас и скажет:
«Я ждал тебя! Здорово, друг!

Что скажешь, как в Москве погода?
Легко ль добрался до меня,
И что диктует нынче мода,
Минутной новизной маня?

Что нового в Первопрестольной?
Что пишут братья по перу?
Знаком ли слову воздух вольный,
Иль вольный слог не ко двору?»

Ну что ответить мне на это?
Как я скажу ему о том,
Что с словом гения — поэта
Его потомок не знаком?!

Что слог заморский, неуклюжий
Стал языком ему родным,
Что с древним родом он не дружит,
Живёт он телом лишь одним!

Тельца златого блеск продажный
Так ослепил людей умы,
Что нет и мысли у них даже:
«А где ж душа, и люди ль мы?!»

Что стало с Родиной моею?
И как жива ещё она?
Кто скажет нынче: «Честь имею!»
А коли нет, — жизнь не нужна!

«Восстань, пророк!» Услышь прошенье,
Подай за нас могучий глас,
Чтобы Господь в час воскрешенья
Не отвернул свой лик от нас!

2. Набережная Мойки, 12

Юрий Краснокутский

В Санкт-Петербурге адрес есть.
Стоит на Мойке дом тот барский.
Приходят люди, всех не счесть,
Как в тот холодный день январский.

Прибита скорбная доска,
Слова, как строчка приговора.
Так вдруг заноет у виска,
Когда пройдёшь по коридорам.

Стоит там кожаный диван,
Я подхожу к печальной двери,
И так надеюсь на обман,
Где в смерть не хочется поверить.

Здесь шорох платья Натали,
С морошкой — маленькое блюдце,
Слова, шаги — вблизи, вдали,
Что в рану остриём вопьются.

По полкам книг, в последний миг
Блуждает взгляд, не слышно стонов.
Уж попрощался он с детьми,
Стоит в углу его Мадонна.

Мне вдруг почудилось, он жив!
Всё хорошо и дышит ровно.
Вот Даль, в руке его зажим,
И пуля вынута бескровно.

Но нам судьбу не обмануть,
Ведь смерть поэта неизбежна.
Осталось несколько минут
И нет уже совсем надежды…

1. Петербург. Тень Пушкина

Ян Шин

Стою ли над замёрзшею Невою,
Даря восторг недремлющим мостам —
Везде перед склонённой головою
Его следы я вижу. Будто там
За час передо мною, за мгновенье
Он проезжал. Еще примятый снег
Хранит былых колес прикосновенье,
Как память робких, невозвратных нег…

И дальше, шапку с голову роняя,
Я по следам иду, бегу, лечу…
Но только всё равно не догоняю
И не кричу уже, а лишь шепчу:
— Куда ж Вы?! Я хотел сказать: простите
За то, что Вас не будет навсегда…
Прощайте же, и руку не корите,
Что подлецу не нанесла вреда…

Но вновь вернусь в его последний город,
Где чудится мне в сумраке ночном,
Что в свете наступающей Авроры
Тень Пушкина мелькает за мостом.
И невозможно ей остановиться.
Она, как всё великое, права!
И не уснет без гения столица,
И в сердце оживут его слова…

«Я Вас люблю! Любовь еще быть может!»

Восьмое февраля - день дуэли А. С. Пушкина

Хотите ещё?

1 просмотров
Обсуждение закрыто.