Пн. Июн 17th, 2024
Семнадцатый (XVII) век длился с 1601 по 1700 год по григорианскому календарю.
 
IV. Россия. Век семнадцатый
 
Алексей Александрович Филиппов
Но вот «Бунташный век» в России настал
Когда царями себя возомнили самозванцы
В те годы, когда венец Рюриковичей пал
Россией желали завладеть чужестранцы
В те дни нижегородцы собрали ополчение
Чтоб выбить поляков из Московского Кремля
Они верные народу и правде сплочением
Очистили столицу от врагов раз и навсегда
Романовы. Новой династии час наступил
На престол взошел отрок, сын Филарета
Имя ему родителями дано святое — Михаил
Обещал править не нарушая Божьего завета
Шли годы Россия снова окрепла и подросла
После Михаила правил сын его Алексей
В это время и бунты прошли и Стеньки борьба
Но несмотря на это, Россия стала лишь сильней
Двоецарствие русское. Софья — царевна
И два брата Иван и Пётр править взошли
Софья хотела править Россией гневно,
Не считаясь, что братья её — русские цари
Когда царь Пётр вырос и духом возмужал
Он решил отнять у Софьи право на трон
Она отказала. И стрелец тогда бунт поднял
В миг подавили его. А Софью отдали в келион.
*КЕЛИОН — монастырь, заточение Софьи в 1689 году.
 

Век семнадцатый на Руси

Ковалева Елена
Молится люд: «Иже еси… Ох, тяжко», — кого ни спроси.
Бьют челобитную. Бьют в набат. Правит царь-батюшка… Супостат!
Судьбинушка наша, гой еси… Стон, ропот идёт по Руси.

Против царя, вельмож, господ — забитый, безграмотный люд встаёт:
«Ох, тяжко, иже еси, прости нас, Господи, и спаси»! Смута… смута…
Слаб человек. Стрелецкий бунт. Крови — море…
Страх… Остановлен жизни бег. Неправый – правого насмерть запорет…
Ох, милости не проси — век семнадцатый на Руси.

Бело Город. Торговый шлях. Лабазы с товаром.
Купец — пройдоха, плут, но не всяк! День — навар. Копейка — кроха.
Над купцом — тоже управа: князь — слева, монахи — справа:
«Отдай помин — не жмись, не греши! Твоя деньга — елей для души»!
Живёт, копошится торговый люд —
Закон крут:
«Закон — кнут»! «Кнут и пряник», коль ты — избранник.
Но «Пряник» — до поры, ежели — крайний. Точатся топоры…
Трепещи, избранник!

От лета — до лета ярмарка — праздник! Нет просвета, хоть там попроказить:
Бои кулачные — кровь носом… Бабы в голос плачут — мужики пьяные, грозные…

Ой ты, гой еси, Русь отсталая, Русь забитая.
У Господа не проси, не проси у боярина сытого.
Век семнадцатый — Крестом мечен. Кто царствует, тот и вечен!
Крест целуй — присягай на верность. Любо… холуй… Мрак… Тленность…
«Бог не выдаст – свинья не съест»! Бояр голос слышен —
«Народ — быдло»…
Народ ропщет… Целует крест —
«Помилуй, Всевышний»!

Век двадцать первый. Прочитан роман — как же верно, в нём всё – не обман!
Приоткрыто в историю оконце… Автор к нам — с визитом, поклонится:
«Здравствуйте,
Белгородцы»!

На роман Олега Кириллова «Сыны Белгородины»

Бунташный век
Николай Тимченко
Стрельцы, посадский люд, торговцев массы
Искать защиту стали у царя.
Но с челобитной шествовать напрасно —
Их слать царю давно пытались зря.
Стрельцов бояре жалованье крали,
На соль, к тому же, пошлину ввели.
Дороже соль — продукты дорожали.
К царю толпой в Коломенское шли.
Растерзан вор, ведь гнев толпы не мерян.
Другой вор обезглавлен пред толпой.
О третьем царь просил. Народ поверил,
Что царь защитник. Наступил покой.
Достигнут мир соборным Уложением.
Для всех сословий значился закон.
Посадский люд нашёл закрепощенье,
Но волей дорожить не склонен он.
Богдан Хмельницкий с Речью Посполитой
Войну ведёт, чтоб сбросить польский гнёт.
И кровью в Малороссии пролитой,
Царь верит, города Руси вернёт.
В дни мира с Польшей шведов атакуют.
Всё бесполезно. Льётся кровь рекой.
А все расходы на войну двойную
Народу бремя. Да, расклад такой.
Растут налоги, деньги дешевеют,
Чеканить стали медные рубли.
Чеканщики рублей тех богатеют.
Терпеть все беды люди не могли.
Бунтует Псков и Новгород бунтует,
Великий Устюг, Курск, Козлов, Москва…
Стрельцы везде безжалостны, лютуют,
Царь Алексей на то им дал права.
«Людей тех бити, до смерти рубити», —
Приказ был царский против бунтарей.
И их рубили и в реке топили,
Клеймили и ссылали главарей.
А позже, с казаками, Стенька Разин
За брата мстить на власть войной пошёл.
Тех казаков разбить смогли не сразу,
А Стенька в муках пыток смерть нашёл.
Первопроходцы
Николай Тимченко
Сибири освоение свершилось!
При Михаиле мир узнал Якутск.
Первопроходцы дальше устремились,
Край малолюден и почти что пуст.
Поярков из Якутска с казаками
На Зею вышел, по Амуру сплыл.
Вступал в бои он с местными князьками,
Жестокостью при этом он прослыл.
Он описал морское побережье,
Заставы ставил там, где сам прошёл.
Расширил земли он России прежней
И руды долгожданные нашёл.
Семён Дежнёв, лихой казак якутский,
Ходил на Яну собирать ясак.
На казаков напал отряд тунгусский,
Дежнёв при этом не попал впросак.
Оборонял острог Нижне-Колымский…
Горсть казаков… не знаем их имён…
Полтысячи в отряде юкагирском…
Стрелой был ранен в голову Семён.
Тяжёлым был поход к реке Анадырь.
Немногим покорился дикий край.
Острог построен — то России надо,
Хоть край суров и не похож на рай.
Чукотку от Аляски отделяет
Пролив широкий. Что его нашёл,
Дежнёв наш об открытии не знает —
Меж Азией с Америкой прошёл.
Надежды полон Ерофей Хабаров,
В Даурии богатство он найдёт.
Оставил он Усть-Кутских солеваров
И покорять Даурию идёт.
Он, покоряя, грабил иноземцев.
С обжитых мест ушли они тогда.
Ясак при этом становился меньше.
Позднее там возникли города.
Прогресс давал ответ
Николай Тимченко
Дешёвые индийские товары
Товар теснили местных англичан.
Но времени никто не тратил даром —
Изобретений эру мир встречал.
Сменили механические прялки
Труд кропотливый, медленный, ручной.
На фабриках машинные порядки
Внедрил прогресс не в Англии одной.
Станками ткать дешевле и быстрее,
Вода ручьёв вращает их валы.
Но находились в мире лиходеи,
Мы им не будем воздавать хвалы.
Людей лишил работы труд машинный,
Но безработный тоже должен жить.
Машины, безработицы причину,
Пошёл народ озлобленный крушить.
Но, коль «пустили из бутылки джинна»,
То к старому возврата больше нет.
Являлись миру новые машины —
Толпе назло прогресс давал ответ.
Машина паровая появилась,
Чтоб водяное колесо сменить.
Промышленность к прогрессу устремилась.
Вилась с прогрессом вместе жизни нить.
Вставали домны, фабрики, заводы.
Станки и прессы ум изобретал.
А позже — паровозы, пароходы,
Авто помчались. Шёл рекой металл.