Стихи про воинов разных эпох и народов

Стихи про воинов разных эпох и народов

Воинам

Лисевна

Подними свой клинок,
Повтори свой зарок,
Будет путь твой далёк
По обрывкам дорог,
Будет труден твой путь —
Не уйти, не свернуть.
Клятв своих не забудь,
Чтоб войны понять суть.
Чтобы честь не предать
И души не продать.
Королевство и рать —
Вот отец твой и мать,
А война — тебе бог,
Крест — распутье дорог.
Позабудь мир тревог.
Подними
свой
клинок.

Амазонка. 965 год

Андрей Дмитрук

Господи, прости меня, грешницу!
Дал ты мне дороженьку трудную…
Смолоду читала по-гречески
Геродотову «Историю» чудную.

Летом под раскидистой грушею
Я прочла, от жары раскисшая,
Как скакали девы с оружием
Вольными степями фракийскими;
Как стояло царство их женское
Вечною соседям угрозою…

Игорь хохотал: «Ну, блаженная!
Бабы, бабы, — всех бы вас розгою!..»
Я от мужа птицею бросилась,

Слезы потекли — не до чтения…
Он догнал и обнял за рощею,
Кареглазый, — просил прощения.
Сердце молодое отходчиво.
Лишь бы очи ласково глянули…

Игорь мой до брани охочий был.
Миром не поладил с древлянами.

Землю в шапках несли дружинники…
Дворня зашепталась по горенкам:
«Вишь, вдовица наша — двужильная!
Хоть бы раз повыла от горя-то!
Не блюдет обычай, не плачется, —
Вот так тризна, и глянуть не на что!..»

Только слезы высохли начисто.
Мне ль, княгине, бабой быть немощной,
На кургане биться подстреленно?!

Сказка вспомнилась Геродотова.
У меня валились под стременем
Избы — домики городошные.
На Искоростень* пала соколом,
Растерзала землю окрестную…

За гордыню злую, бесовскую
Господи, прости меня, грешную!

Над моими бреднями ратными
Игорь даром тешился, право же…
У ромейского императора
Сиживала об руку правую.

Пурпурную мантию жаловал,
Называл сестрою, владычицей…

Ночью ветер воет так жалобно;
Тяжко, тяжко в тереме дышится!

Чтоб ромеев сдерживать дерзостных,
Чтобы миром земли насытились,
Я отвергла идолов дедовских,
Поклонилась греку — Спасителю.

А Спаситель тихий да благостный…
Привязалась к нему по-девичьи:
Есть кому на старость поплакаться…
Баба все-таки, куда денешься!

Скину княжье корзно пудовое,
Праздник, перед людьми наигранный.
На иконе очи — предобрые,
Карие…
Ну, точно у Игоря!

Ночью он склоняется ласково,
За плечами поляны светлые:
«Оля! Оленька, лада моя!..»

…Господи!
Грехи мои смертные!

*И с к о р о с т е н ь — столица племенного княжения древлян, согласно «Повести временных лет», сожженная княгиней Ольгой.

Амазонки

Владимир Запотоцкий

В густых лесах где вечно всё в зелёнки
В эпохе сказочной, Бог весть в какой стране
Когдато жили — были Амазонки
Без мужиков, и в радость и в беде

С младенства на коне уже сидели
Держа Сагарис в жилистой руке
И дичь подстреленную луком с луком ели
На рыб с трав сети ставили в реке

И в племени между собой дружили
И до любви лесбийской сто причин
Свободой бесконечно дорожили
Вот так и жили независив от мужчин

Когда в боях терпели пораженье
Младенцев крали в сумерках и днём
Своё так пополняли поколенье
Таким вот неестественным путём

Бывало всё же в генах закипало
И забывая должности и чин
Охотница всю нежность подключала
И красоту, приманку для мужчин

Хоть всю на них обиду воплотили
Всю ту что есть от края до небес
Заманят в логово и в гармоничном стиле
Поспят с ним нежно, и обратно в лес

Потом детей как водится рожали
Жестокости неведомой среда
Коль девочка рождалась, оставляли
Мальчишки исчезали навсегда

Быль или небыль? Всё гораздо шире
Принять за правду иль не согласиться?
Но вот сегодня в современном мире
Стал замечать я Амазонок лица.

Амазонки 200г. до н. э

Галкин Юрий Анатольевич

Как пишет Мавро Орбини в «Происхождение Славян и распространение их господства» изданной в 1601 году от Р. Х. Карл Вагрийский и Иорган Горпий пишут, что амазонки были жёнами славян сарматов. Проживали на берегах Волги между меланхеленами и сербами.
Геродот пишет: родственные скифам народами по языку и культуре были савроматы (сарматы), саки и массагеты.

«До края земли добираются греки», —
В конец Ойкумены, — по Понту, с веслом,
Здесь рядом живут, где-то, «псы — человеки»,
И край аргонавтам совсем незнаком…

Уйти от воды опасаются люди,
В судах, на борту, тёмной ночью привал,
Но даже и там, нет, да нет, рёв разбудит —
«Который Циклоп из земли издавал»…

Но вот поутру показались отряды,
Таких же людей, и на бойких конях,
Теперь аргонавты «и рады, не рады»…. —
Увидеть наездников в диких местах.

Глядят — сапоги, и мужская одежда,
Лук, стрелы и дротики, в ножнах мечи,
Но что-то в их облике слишком уж нежно… —
Глаза испускают живые лучи…

И нет на лице ни малейшей щетины,
Над верхней губой нет намёка усов,
Румяные щёчки и ямки-ложбины,
А в голосе звон, вместо грубых басов….

Ясон изумился — «да это же жёны»!
«Товарищи яств и вина не жалей»!
«Мы столько недель, ни в кого не влюблёны»! —
«Мне первую чару Геракл налей»!

Не знали они, что в степи амазонки,
Совместно с мужчинами службу несут,
И сложно представить им было спросонку —
Что будет не так, — их же, тут же убьют…

Вот так и рождались чудесные мифы,
А в диких краях войско жён и мужей, —
С нехваткой людей создавали все скифы,
«А жён даже больше — среди сторожей»…

Амазонка

Марина Мэлих

Я — храбрый воин! Амазонка!
Сверкает меч, звенит стрела.
Летит противнику вдогонку
Конь, закусивший удила.

Воительница! Амазонка!
И подо мной мой верный конь.
Пусть обвивает стан мой тонкий
Фортуны крепкая ладонь!

Поберегись! Меня не тронь!
В глазах моих пылает страсть…
Пробью стрелой любую бронь!
В мой плен мечтают все попасть.

Моя стрела пронзает цель!
Мне все проигрывают бой.
Ветра вплели в мой волос хмель.
В улыбку — росчерк огневой!

Своей судьбы я властелин.
Весь мир падет к моим ногам!
Мой вольный дух непобедим.
И не сломить его врагам!

Богатыри

Владимир Смирнов

Те. кто Бога несли внутри, —
По-славянски «нести» было «тырить»,
Назывались богатыри,
То есть, самые сильные в мире.

Их былины нам принесли,
Возводилась в легенды их слава.
Они с честью Русь берегли,
Укрепляя родную державу.

Они крест несли на груди,
Ведь крещения им силу дали,
С ликом Бога шли впереди,
Жизнь отдав, они в рай попадали.

На картине их Васнецов
Всех троих легендарных представил.
Героическое лицо,
Устремлённое вдаль, он прославил.

А в Отечественной войне
Наши богатыри разгромили
К нам пришедших врагов извне,
Чтоб в свободной Отчизне мы жили.

На десантников посмотри,
Как куют они доблесть и славу.
И сегодня богатыри
На защите великой державы.

Варяги

Ира Николаева

Из древней саги письмена,
как росчерки старинной руны,
что негде есть- живет страна,
вскормившая варягов юных.
Те молодцы собой красны,
величьем, мощью потрясают,
то мореходы и сыны
войны, что где-то зажигают.
На кораблях своих в морях,
пьют эль, как сказывают- с кубков,
пируют на своих пирах,
табак выкуривают в трубках.
Они плывут к чужой земле,
сраженья- воинской стезею,
под парусом на корабле,
впитали соль тропой морскою.
Рогатый шлем, холщевый плащ,
копье и древняя секира,
завоеанием звенящ
их рог войны, чуть реже мира.

Викинги

Alexander Butenin

Тысячу лет откинув,
В сумеречной дали
Вижу одну картину,
Как из чужой земли,
К месту, где ныне Осло,
С хрустом ломая лед,
В воду вонзая весла,
Быстро ладья плывет.
В ней, возвращаясь с разбоя
Двадцать усталых гребцов,
Жаждущих только покоя,
Мчаться к долинам отцов.
Душами рвутся домой
Воины славной дружины
Хмур их вожак удалой,
В битве оставивший сына.
Сумрачен конунг, на лбу
Жила надулась упруго,
И, искушая судьбу,
В частых прорехах кольчуга.
Тронута ржавчины тленом,
Стерта меча рукоять,
А на чело из-под шлема
Сбилась седая прядь.
Много награбив добра,
Жизни сгубив людские,
В бочки, набив серебра,
Мчатся бродяги морские,
Тратя последние силы.
Пусто в шальных головах,
Мысли в Норвегии милой —
Верно, их ждут на столах
Мяса печеного туши,
Полные кубки вина…
Вот показалась и суша –
Северная страна.
В водах зеркального фьорда
Викингов славных ладья
Стала у берега гордо,
Там, где стою теперь я…

Викинги

Гульсара Туктарова

Вепрем щерится пенистый вал
Вставшего на дыбы моря!
Викинг,сын фьордов, сквозь бури шагал,
Со смертью играя и споря.

И где захлебнулся твой бешеный пыл,
Живущий на гребне славы?
Иль берег унылый тебя истомил,
Вымельчив в мелкий гравий?

Море несет в себе силу ветров,
Даже сверкая гладью…
Викинг бесстрашный из древних веков
Жив в грозных окриках саги!

Викинги

Дмитрий Степанов

Пусть ветер рвет снасти и парус порвет,
Но буря нам сердца не тронет,
Наш славный драккар гонит волны вперед,
И страх в наших глотках не стонет.

Мужи ,что сегодня за весла взялись,
Покрепче упритесь руками,
Громады морские ваш дух победит,
И в Хель непогоду отправит.

И Рагнар, наш ярл, нас домой приведет,
Увидим фиорды родные,
Красавица Гудрун со скал позовет
И скажет нам речи хмельные.

Не раз и не два поплывем мы в поход,
Изведав дороги морские,
Не раз еще скальд сложит песни о нас,
Воспев наши битвы лихие.

Викинг

Казбек Чагаров

Я — викинг, а значит — я видел полмира!
Со мной неразлучны и меч, и секира.
Милее земли нам соленое море,
И горе всегда побежденному, горе!
Я — викинг!…

Туманные мысли под шлемом железным,
И главная цель – неизменно быть первым.
Отбрось колебанья, заботы, волненья,
Как волны, драккар рассекает сомненья.
Я — викинг!…

Докажет победа, кто в битве был правым,
Мы — Одина дети, мы все жаждем славы.
И прячутся даже пещерные тролли,
Как только завидят наш парус на море.
Я — викинг!…

Да, в наших сердцах поселилась жестокость,
Но только не трусость, но только не подлость!
Вздымаются волны, гремит в небе Тор,
Нам смерть не страшна, страшен только позор!
Я — викинг!…

Викинги

Наталья Демьяненко

О викингах немного знаем:
Что с севера они пришли,
Что города, сражаясь,жгли.
Про это в книгах мы читаем.

Хоть и победами сверкали,
В бою стояли, как скала,
И к помощи их прибегали,
Тяжелой жизнь у них была.

Их местные не уважали,
А слово»викинг», как»бандит».
Считали от семьи бежали.
И путь один ему… убит.

Когда наемник нужен знати,
Тогда лишь викинг нанимался,
И он отчаянно сражался.
Ведь за победу те заплатят.

И чтоб жестокость обрести,
Пред боем мухоморы ели.
Не чувствовалась кровь на теле.
Все на пути могли снести.

Владыки из соседних стран
К себе на службу приглашали.
Победа будет. Это знали.
И слух летел за океан.

Гренадёры

Оскар Хуторянский

Гренадёр солдат особый
Ростом, статью и плечом,
Чтоб метнуть заряд толково
И остаться жить притом.

В ядра порох забивался
И фитиль уже горел —
Гренадёр тогда старался,
Чтоб он дальше улетел.

Чтобы шляпа не сбивалась
При метании гренад
Шлём конический достался
Гренадёрам как наряд.

У чугунного снаряда —
Олимпийского ядра
И размер и та же тяжесть…
Сила для него нужна.

Их войска — одна элита
Гренадерские полки,
И растить могли достойно
Их шикарные усы.

Гренадёр всегда был виден
И в строю и на балу
Был любимцем дам в провинциях
И всегда гроза врагу.

Послание кадетам

Елена Киргизова

Лети вперёд, суворовское племя,
Умами прорывая высоту…
Через тревоги – в радостное время,
Через преграды – в звонкую Весну !

Лети, покуда юность сердцем дышит,
Душа живёт, ликует и поёт…
И музыку земли родную слышит,
Просторы вдохновеньем достаёт…

Учись, дерзай ! Азы преодоленья
Сумей познать на жизненном пути.
Через века и через поколенья —
Шагай вперёд, взлетай, пари, лети!..

Россия так нуждается в движенье,
Благословенна Родина моя !
А вы — её земное отраженье
В сиянье звёзд Московского Кремля!!!

Про ковбоев

Галина Дядина

Ни ковбой,
Ни конь ковбоя
Не протянут дня
Без боя.
День без боя —
И ковбою
Стыд — позор,
Само собою.

Крестоносцы…

Борис Львович Фроенченко

Кострища… Дыма горький вкус,
Клааса тлеющее тело … 1)
Что ты принес, благой Иисус?
Благое слово, но не дело…

На трон твой взгромоздился Рим
И слово превратив в отраву,
Диктует именем твоим
Законы! — По какому праву?

За речи о богатств тщете
От мира требуют оплату…
Крест на плаще и на щите,
А под плащом — стальные латы…

Прах под копытами коня —
Лишь в сказках рыцарь благороден
И латная орда хамья
Освобождает гроб господен… 2)

Быть может, ты родился… рос…
Вкушал последний в жизни ужин…
Но ты бессмертен ведь, Христос?
Так где твой гроб? Зачем он нужен?

Задача проще простоты
Для меченосного потока…
Ведь их манил отнюдь не ты! —
Манило золото Востока…

Но где же Рима сладкий сон?
Крест не приемлем для Востока
И рыцарский копытный звон
Пал перед знаменем Пророка!

Отхлынули, как муть реки,
Оставив клочья грязной тины…
Но есть ведь Русь — еретики…
Быть может, там помягче спины?

Там, за славянским рубежом
Наш стяг пока еще не реет…
Века мы жили грабежом —
Быть может, там покорней шеи?

Пусть до скончания веков,
Придавлена стальною лапой,
Лежит страна еретиков…
«Так хочет бог?» — Так хочет Папа!

И вновь Руси грозит беда…
Пал на леса туман белёсый
И гонит шведские суда
Попутный ветер к Невским плёсам…

Но Русь не дремлет на печи…
И вот на зорьке ясноросной
Омыли русичи мечи
В крови оравы крестоносной…

Годов промчалась череда —
Что ж — время и железо точит,
Но помнит Невская вода
Про Александра Грозны Очи!

Для друга — крепкое плечо…
Но Русь всегда стоит на страже
И кто явился к нам с мечом,
Тот от меча костями ляжет!

А примет Папа ли провал?
Нет! Вожделения лишь крепли
И снова крестоносный вал,
И снова Русь в огне и пепле…

Но сталь меча и Чудский лед,
И гордость за свою Отчизну
Похоронили латный сброд,
А Русь опять воскресла к жизни!

Русь поят светлые ключи
И всякий раз в кромешной ночи
Сверкнут славянские мечи —
Воскреснет Витязь Грозны Очи!

И загремит набата медь
В ответ на вопль трубы гнусавой…
Так было встарь… Так будет впредь —
Покуда живы Люди Славы!!!

1) Тело отца Тиля Уленшпигеля, сожженного, как еретик
2) Предлог для Крестовых походов

Крестоносец

Казбек Чагаров

Толпа ревела: «На восток!»,
Крест шила на одежды,
И я с толпой – не одинок!-
Охвачен был надеждой.

И папа благостно вещал
О высшей благодати.
Он всем спасенье обещал,
Да и богатства, кстати.

Роса печатала мой след –
В поход во имя веры.
Я, уходя, давал обет
Служить другим примером.

Усталый сон глаза смыкал,
С обетом неразлучный
Я не девицу обнимал,
А свой клинок двуручный.

Я верил в эти клятвы сам,
Как в символ новой эры.
Друзьям — опора, смерть — врагам,
Во имя истой веры.

Во имя веры пот и кровь,
И грязь, и холод, голод.
Чтоб не чуждались мысли слов….
Вот и заветный город!

А после… Силясь побороть
Победы той кошмары,
«Желал ли этого Господь?»
Я думал после свары.

Я медленно, но все ж взрослел,
Душа росла, страдая,
И старый панцирь мой скрипел
Размер не принимая.

Не розами был выстлан путь
И жертвы неизбежны…
Но ведь себя не обмануть!
Так, что же, в прах надежды?!

Во имя веры, значит, вновь
И ложь, и смерть невинных?
И на руках по локоть кровь,
И на одеждах пыльных.

Я не был праведником, нет,
К чему теперь таиться.
Но исполняя свой обет
Я сан обрел убийцы.

А как же святость, благодать?
Кругом одни потери…
Вот, значит, как легко соврать
И как легко поверить.

Ниндзя

Ирина Кривицкая-Дружинина

Как-то в детстве я нашла в кладовке нашего дома старые подшивки журнала «Вокруг света». Для меня это был просто Клондайк! Я узнала тогда много нового и интересного. Именно там я впервые прочитала про ниндзя. Впечатление было настолько сильное, что помнится до сих пор. Воспоминание детства и подтолкнуло меня написать эту зарисовку про НАСТОЯЩЕГО ниндзя из японского средневековья, каким он мне представляется, а не его суррогатного собрата из современных боевиков.

Словно с древней картины сошедший,
Из Страны Восходящего Солнца
Ты шагнул в этот мир сумасшедший,
Ниндзя — дух, воплощенный в японца.

Этот образ по фильмам дешевым
Уж порядком теперь затаскали —
В навороченном облике новом
Ты узнать себя смог бы едва ли.

Только ты не живая картинка
И не Бэтмен, сошедший с экрана:
Ты другой, человек-невидимка,
Представитель старинного клана.

Под воздействием долгих занятий
Ты к терпению с детства приучен,
Глубине философских понятий
У отшельников горных обучен.

Словно демон во тьме, замирая,
Ты крадешься, как дух бестелесный:
Не солдат, не слуга самурая –
Лишь наемник его бессловесный.

Ты циничен, умен и отважен,
На заданье любое согласен,
Организм твой блестяще отлажен,
А удар и силен, и опасен.

У тебя обезьянья сноровка,
Проходить ты умеешь сквозь стены,
По веревке карабкаться ловко
И бесшумно метать сюрикены.

Яды знаешь и знаешь лекарства,
Можешь в немощи дать исцеленье,
Не приемлешь ни лжи, ни коварства,
Исполняя чужое веленье.

Как бесстрастно скрываешь ты чувства,
Как прекрасно владеешь собою!
Сын твое боевое искусство
Унаследует вместе с судьбою…

К часу смертному ты равнодушен —
Это лишь переход долгожданный:
Ждет того, кто был долгу послушен,
Мир покоя и вечной нирваны.

Восхищенья по праву достоин
Ниндзя — дух, воплощенный в японца,
Легендарный таинственный воин
Из Страны Восходящего Солнца…

Самураи

Любовь Лещинская

Всюду стелется дым и туман
Над притихшей деревней не тает.
Из чужих и неведомых стран
В час лихой пробрались самураи.
Разорили, разрушили Храм,
Погубили немало народа.
И стоит крик, и стон, и угар,
И в рабов превратили народы.
А во имя Священных даров,
Всё каленным железом сжигали,
Стариков и мужчин, и сынов
Самураи с собою забрали.
И нескоро травой зарастет
В этот день почерневшее поле.
Да на пепел роса упадет,
Не затянутся раны героев.

Суворовцы

Виктор Коростышевский

Суворовскому училищу гор. Твери посвящается
«О доблестях, о подвигах, о славе»
кто из мальчишек в детстве не мечтал?
Бывает исключение из правил,
как памятник, где только пьедестал.

Мы были все когда-то мушкетёры,
и шпагу деревянную храня,
воображали, что вонзаем шпоры
в бока неудержимого коня.

О, это наше детское геройство!
Нам всем дано — достоинство и честь.
Гораздо реже к ним приходит свойство
высокий дух тех помыслов сберечь.

Не потому, что так скудны запасы
души и сердца. Здесь другой предел.
Суворовские юные лампасы —
высокого служения удел.

Суворовцы, мальчишки — вы элита,
вы гвардия священных рубежей.
Вся ваша жизнь с судьбой Отчизны слита,
вы поросль государственных мужей.

Романтики, кадеты, кавалеры —
вы на балах — изящества пример.
Прекрасно оценили бы манеры
Андрей Болконский и Безухов Пьер.

Сам граф Суворов Александр Васильич,
смекалку равно с мужеством ценя,
был образцом служения России —
в боях непробиваем, как броня.

Когда не меркнет золото свершений,
звучит сильней солдатское «Ура!»
Генералиссимус России Шеин —
сподвижником был юного Петра.

Траву забвенья, наконец, скосили.
Горды птенцы Суворова гнезда!
Военную историю России
ещё одна украсила звезда.

Уланы

Оскар Хуторянский

Уланы вышли из татар
По тюркски — «юноша-царевич»
Родня им был сам Чингиз Хан
Там лёгкой были кавалерией.

Оружие — сабля и копьё
И пистолет с нагайкой свитой…
Литве служили пять веков,
А также в Польше Посполитой.

Были свои у них полки,
Клялись на верность на Коране …
При них король спокойно жил —
Храбрее не было уланов.

В Россию мода перешла
Попозже, вроде бы при Павле
И полк уланский дополнял
Драгунов и гусар при марше.

Похоже самый древний род
Кавалерийского сословия
Уланы — властелины мод
Былая гордая история.

Судьба янычара

Наталья Демьяненко

Гремела слава янычар.
Их все в бою всегда боялись.
Они с жестокостью сражались.
И мертвым пал кто их встречал.

Их вырывали из семьи,
Как только пять годков сравнялось,
И убивали в сердце жалость,
И трудные их ждали дни.

Другой язык родным им стал,
Семья, кто рядом жил в казарме.
Учились так сражаться парни,,
Чтоб враг не победил, а пал.

Душой верны султану были,
Противников его убили.
Кто он по вере им не важно:
Неверный, даже пусть отважный,
А может тюрок или перс.
На нем уже поставлен крест.

Султан всегда считался с ними.
Они его хранили имя,
И стажи не было верней
У трона или у дверей.

Был янычар в частях различных:
Пехота, конница и флот.
И цель он поражал отлично,
И нес он службу у ворот.

В пути он грузы охранял.
Султана даже с трона снял,
Но бунт судьбу его решил.
Век золотой тот завершил.

Амазонки, гладиаторы, гренадеры, гусары, крестоносцы, стрельцы, уланы.

Хотите ещё?

12 просмотров
Обсуждение закрыто.