Пт. Апр 12th, 2024
путешествие, самолет, города, мир

Иордания

Владимир Тяптин

Всё двоится сегодня в глазах —
Небеса опрокинулись в воду.
Бирюза так прелестна, что, ах,
Благодарность уста шепчут Богу.

Красота этих южных широт
И чарует, и мир обещает.
И Господь по воде вновь идёт
И прекрасное слово вещает.

И взирает гора, как обвал,
В эту гладь отражённого неба.
Вот и я, наконец, побывал,
Где мечтал быть, но до сих пор
не был.

Иорданская зарисовка

Борис Терушкин

В разломе веков, в самом сердце пустыни,
В оазисе вечно-зеленом и сонном
Журчат ручейки на камнях Палестины
Встречаясь в ущелье тенистом, бездонном

Здесь тайны природы от мира укрыты —
Столетьями выткан рисунок наскальный,
Здесь гроты, промытые в толщах гранита
И в каменных плитах растущие пальмы.

Прозрачный покой, тишина, птичье пенье…
Мы в райском саду — на краю мирозданья,
В прохладе ручьев, среди буйства цветенья,
…В пустынной и пыльной стране — Иордании.

Иордания

Марина Пивоварова

Святые воды Иордана
Жизнь в море Мёртвое несут.
Вокруг Земля Обетованна,
В горах верблюдов пастухи пасут.

В шатре печальный бедуин
Молит Аллаха о прощеньи.
Застыл как гордый исполин,
Забылся он в своём моленьи.

Столица гордая Амман,
Здесь замечательные люди,
Со всех сторон: «ахлен», «шукран»
И можно прокатиться на верблюде.

Здесь в Иордане Божий сын крестился,
Благословенные места.
Здесь Моисею сам Господь явился
И десять заповедей жизни дал.

Воспоминания об Иордании

Ник Пузырьков

Над Мертвым морем вырвался туман,
Облизывая, словно пес, Голгофу.
Запрятав в белом мареве Амман,
Он превращает соль в простое тофу.
Пролился дождь, и рев далеких гор
Нас провожает в пасть аэропорта.
Малопонятный местный разговор —
И губы призывают только черта.
Мелькнет внизу невидный Иордан,
Нас перекрестит, в путь благословляя,
И вереница неизвестных стран
Под крыльями армадой проплывают…
Пустынный ветер выдохся в броске,
И облако в подлунном небе стынет.
Скипаются в объятьях на песке
Вода и соль мятежной Палестины.

Впечатления от Иордании

Радхаира

Не мало строк сложил поэт
О тайнах мудрого востока
Звучит в моей душе ответ
Не иссушив мечты потока
Не разгадав, но прикоснувшись
И к камню и к святой земле
Как будто на заре проснувшись
Проспав сто лет в ночи золе…
Ах, Иордания страна,
Ты молода, и всё ж древней
Земли твоей найти сложней,
Чем наглядеться уж сполна!
Оставив здесь свои следы
Великие пророки Мира
Надежду дали Любви пира
И Истины -живой воды!
Здесь всё прекрасно! И заря,
Святого Иордана воды,
Хранящих память замков своды,
Загадка Петры и моря!
Дышу и будто возрождаюсь,
Дивлюсь радушию,смущаюсь
внимания и восторгаюсь
другой культурой и судьбой!

Иордания

Татиоанна

О, Иордания, библейская земля!
И Петра — набатеев каменный оплот…
Южней: Аккаба — приморский город, город-порт
Багряные пустыни Вади-Рам:
Среди песков бредущий караван…
И моря Красного живительна прохлада:
Как раз после пустыни то, что надо!
И древних храмов ветхозаветные предания…
Всей красотой твоей проникнусь, Иордания!

Город мёртвых ПЕтра

Алла Изрина

Дорога ведёт нас в страну Неизвестность.
Там солнце слетает с небес.
Такая поистине древняя местность.
Вступаем на Землю Чудес.

Края у дороги раздеты веками,
их голос звучит с высоты.
Дворцы и пещеры закрыты горами
космической красоты.

Снуют бедуины в старинных двуколках,
и пот лошадиный бьёт в нос.
Глаза встречных женщин видны в узких щёлках,
а город камнями порос.

Мы — в ПЕтре. На Ближнем, далеком Востоке,
мы в городе мертвых сейчас.
Несёмся пешком в бурном плотном потоке,
так много сегодня здесь нас.

Там в древности воды шумели в протоках.
Теперь их пусты желоба.
Лишь солнце и скалы не стали злым роком.
Такая у ПЕтры судьба.

Строители города канули в Лету,
никто их имен не донёс.
Столетья рассыпали тайну по свету.
Стоит ПЕтра — памятник грёз.

Петра

Владимир Демидов Пп


Из путевых тетрадей (скальный город в Иордании)
Впечатление такое:
кто-то мощною рукою
тяжким молотом ударил по скале — и в тот же миг
вся земля затрепетала,
скалы надвое сломало…
И с тех пор на этом месте пролегло ущелье Сик.

Километра два дороги.
У кого устали ноги,
может ехать на коляске иль на ослике верхом.
Нам же это не годится.
Мы, желая насладиться
необычным этим местом, по нему идём пешком.

Эти каменные стены
просто необыкновенны!
Мы идём, глаза большие, в удивленье рот открыт.
А они уходят в небо…
Стены справа, стены слева…
Небеса – их продолженье, уходящее в зенит.

Это — копоть от пожара?
это – трещины от жара?..
Что-то здесь давно случилось, но никто не говорит.
Не рассказы, а догадки.
А вокруг – одни загадки,
и не думаю, что может объяснить всё местный гид.

Но всё это лишь начало,
сказка дальше нас встречала.
Словно занавес в театре раздвигается стена —
и являет чудо света!
Солнце освещает ЭТО.
Гид торжественно, как диктор, объявляет: Эль Хазна!

Светом розовым одетый
и в большом кино воспетый,
он и правда – просто чудо! А гробница или храм,
нам опять никто не скажет.
Солнце свет, как краску, мажет
по фасаду, по колоннам, по внимательным глазам.

В скалы лестницы уходят,
а вокруг туристы бродят,
и на видео и фото ловят чудную красу.
Гид уводит нас направо.
Мы уходим. Жалко, право,
но на фото я на память это чудо унесу.

Снова узкая дорога.
Мы прошли совсем немного
и увидели долину, заключённую в горах.
Только разве это — горы?
В них повсюду то ли норы,
то ли выбитые окна на пустынных этажах.

Здесь когда-то жизнь кипела,
с гор вода, стекая, пела,
караваны приходили, находили здесь приют.
Но давно всё это было,
в даль веков давно уплыло,
смыло редкими дождями, что о прошлом слёзы льют.

По ночам играют тени
на открытой звёздам сцене
все трагедии Софокла, даже те, которых нет.
Но наутро улетают
и в пещерах исчезают…
Снова пуст амфитеатр — римский в этом мире след.

В вышине — колонны храма.
Мы к нему идём упрямо.
От простора, что открылся, застываем на ветру.
Путь, что пройден, лишь начало.
Только время подкачало.
Нас торопят. Мы уходим, унося с собой мечту,

что навек не расстаёмся,
что опять сюда вернёмся
и пройдём дорогой длинной этот город до конца.
Мы уходим и уносим
в нашу слякотную осень
жар пустыни и восторгом напоённые сердца.

Петра Генриетта Вютерих

Здесь сотряслась земля однажды
И распорола плоть горы,
Порвав её, как лист бумажный,
Где раны до сих пор видны.

Бог Ра протягивает руки
На спящий город мертвецов,
Чей прах, паря в ветрах разлуки,
Вам жаром обожжёт лицо.

Дорогой, вымощенной Римом,
К седьмому чуду путь ведёт.
Меня, усталым пилигримом,
В своё ли прошлое зовёт?

Каньон навис грядой массивной,
Пытаясь преградить нам путь.
Брёл ослик, с детскостью наивной,
Судьбу пытаясь обмануть.

Внезапно расступились скалы,
И в свете розовом, дворец
Предстал пред путником усталым —
Пустыни каменной венец.

Врастают наши ноги в камни,
И в камень обратишься сам…
Храм, воссиявший перед нами,
Летит из бездны к небесам.

Каменный город

Ирина Крисанова

Девственный бархат гор,
Часто менявший цвет —
Петра… и до сих пор
Чуда прекрасней нет.

Среди песков пустынь
Вдруг оживет мираж:
Яркий, как неба синь,
Сказочный город -страж.

В скалах стоят дворцы,
И ни души вокруг…
Где же они, творцы?
Чьих это дело рук?

Здесь был реки поток,
Бешеный, точно шквал.
Камни сейчас у ног,
Как ими город стал?

Только, как перст, один,
Странно, что при делах,
Словно из сказки джинн,
Служит богам монах.

Слепит песок глаза,
И черноты черней
Местных мужчин глаза,
Словно глаза у змей.

Петра

Ирина Крисанова

Суховей песок кидает,
И не видно за три метра…
Как туристов удивляет
Этот город — призрак Петра!

Замки странные с картинки
Дышат стариной глубокой,
И в ущелье я песчинкой
Затерялась одинокой.

И поет в тех скалах ветер
Свой напев протяжный, длинный,
Голосом красивым этим
Молодого бедуина.

Здесь витают всюду вечность,
Сказка и творенье чуда…
Все уходит в бесконечность
И приходит ниоткуда.

Петра

Ирина Новоселова

От меня уходила Петра,
Закрывалась на красные скалы,
Замыкалась в свои столетья,
Закрывала пути-каналы.

Сохраняла себя, и заново
Расцветали сады и травы,
И небесной водой подземные
Наполнялись резервуары.

На высоких верблюдах бережно
Проплывали тюки с товаром,
И толпа расступалась суетно
От купцов опаленных жаром.

Приютили горы гробницы,
И живых все — этажные норы.
Жизнь кипит деловито- размеренно
Все решается скоро и споро…

Гаснет в красном ущелье солнце,
Поздний всадник песок тревожит,
Уезжаю, как остаюсь я,
Остается Она — как уходит….

Петра

Наталья Гончарова Иркутск

Не слышны колебания ветра,
Время в срезах камней на века…
ЦвЕта охры старинная Петра,
Храм затерян в пустынных горах.

Колокольчик на шее верблюда
Прозвенит на арабский мотив,
Хумус в центре восточного блюда,
Коврик для мусульманских молитв…

И неспешно польется беседа…
Как и тысячи лет всех ценней
Две лепешки душистого хлеба
И с водою кувшин для гостей…

Петра. Загадка

Носова Татьяна

Затеряна в большой пустыне,
Горами спрятана от ветра,
Оазис путникам доныне,
Древнейший город, чудо-(Петра).

Эль-Хазне

Вера Балясная

Иордания- это не Дания,
Иордания- это Восток,
Петра- набатеев создание-
Восхищение, трепет, восторг!

На отвесной скале построен
Храм пленительной красоты
Мастерами он в гору встроен,
Или вырос он из горы…

Без лесов, под палящим солнцем,
Жизни риск?- Ну, конечно, риск…
Силы вкладывали до донца,-
В тот строительный альпинизм…

Слава Мастерам, создавшим этот храм-
Красоту творенья, оставившим нам.

Эль-Хазне переводится с арабского как «сокровищница» — набатейский храм эпохи эллинизма в Петре на территории современной Иордании.
Набатеи построили загадочную Петру, оставляя возможность потомкам восхищённо замирать при встрече с городом в скале.